02/05 Новый выпуск новостей! 30/04 Обновлен дизайн!
Best post by wilhelm forz
Таулер это, Таулер то. «Я обсужу это с леди Таулер». «У леди Таулер встреча с принцем». «Леди Таулер поручено…» Вильгельма начинало подташнивать от одного упоминания новой придворной чародейки. Для него Аннабель была приветом из прошлого, которое он изо всех сил пытался забыть. А тут вот как. Старик про него вспомнил. Старик решил организовать ему «достойную отставку». Надо ли говорить, что подобное положение дел до возмутительного не устраивало Форца? Все мелкие и неважные поручения были переданы Таулер, а все важные и срочные Вильгельм, как и полагается человеку дальновидному, уже разрешил. Король почти отмахнулся от него, когда Вильгельм заговорил о небольшой поездке, и эта отмашка почти вывела его из себя, едва не продемонстрировав всю силу своей ненависти к монаршему идиоту. читать далее...
администрация:
AylaThijmenRekhema

SARGAS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SARGAS » Настоящее » [22.04.1121] Клинки, зверьё и чувство долга


[22.04.1121] Клинки, зверьё и чувство долга

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

— Клинки, зверьё и чувство долга —
https://forumupload.ru/uploads/000a/d4/f4/1535/40205.gif https://forumupload.ru/uploads/000a/d4/f4/1535/798921.gif
https://forumupload.ru/uploads/000a/d4/f4/1535/50264.gif
22.04.1121, солнечный, но прохладный день, лес Анкерита
Рене || Изабелла || Морнэмир
Тот крайне неудобный случай, когда желания и возможности у некоторых эльфов категорически не совпадают. Знаете, как бесит?!

Отредактировано Mornamir Viel (20.04.2022 15:48:16)

+2

2

Находиться вдали от Валериона для ни разу не покидавшего родной остров Морнэмира оказалось безумно тяжело, но разлука с домом это полбеды. Эльф, безусловно, скучал по родным широтам, по соленому ветру и стенам дворца, в котором вырос и в которых, казалось, знал каждый камень и каждую мозаику. Скучал по семье, не зная, когда сможет обнять родных снова. Но хуже всего была необходимость держать лицо перед теми, кого он до дрожи презирал. Вышколенному пажу не было нужды лишний раз напоминать о необходимость демонстрировать образцовый этикет и ни единым словом, ни жестом не показывать, что он на самом деле думает о потомках вероломных врагов его расы. Будь его воля, не задумываясь закопал бы всех их в песок в зоне прилива и с наслаждением наблюдал бы, как неумолимая стихия медленно и неотвратимо поглощает этих смертных. А вместо этого приходилось сохранять абсолютно непроницаемую холодную маску, от которой на лице к концу дня начинало сводить мышцы. И конца этому напряжению не видно! И каждый день был тяжелее предыдущего. В конце концов Виэль понял, что если не выпустит пар, то не сдержится и наломает дров. Подобный исход грозил катастрофическими последствиями в первую очередь для него и его семьи, но и отношение к эльфийской делегации тоже подпортится. Ни первого, ни второго Морнэмир допустить никак не мог, честь эльфийского королевства и семьи  - дело первостепенной важности, а спасение утопающего всегда есть дело рук самого утопающего. Значит, надо решать проблему самостоятельно.
  Подобные вспышки темперамента случались у юного горячного эльфа не редко и он давно нашел способ гасить их: изматывающая тренировка с учителем позволяла выпустить пар и сбить накал страстей на некоторое время. Вот только Нуада уже который день объезжал города Антареса, а никому иному горделивый Бриллиант рода Виэль не позволил бы указывать на ошибки и подмечать промахи. Посему он, усилием воли выполнив требуемые ежедневные протоколы своего и чужого королевства и убедившись, что его присутствие в ближайшее время принцессе не потребуется, с нетерпением бросился в конюшню, на ходу застегивая пояс с ножнами. Тонконогий конь, привезенный из Валериона, вылетел из денника, будто, как и хозяин, уже давно мечтал вырваться из тесного шумного и грязного города. Морнэмир гнал коня во весь опор, слившись с ним в единое существо, обгоняющее даже ветер. Человеческий город и прилепившиеся к нему деревеньки остались далеко позади, но этого было мало. Прочь, еще дальше, чтобы не было ни единого шанса встретить кого-то, кто мог бы нарушить его долгожданное уединение с собой и природой. Темневший далеко на горизонте лес манил эльфа сумрачным прохладным дыханием.
  Даже под сенью деревьев он не остановился, хоть и приходилось почти вплотную прильнуть к шее коня, спасаясь от низких ветвей и тяжелых еловых лап. Лишь когда выносливый эльфийский скакун стал сбавлять прыть, Виэль понял, насколько далеко он умчался. Отыскав опушку, он соскочил из седла и огляделся, полной грудью вдыхая тяжелый влажный воздух, от свежести которого кружилась голова. Звенящую тишину нарушали птичьи далекие трели и негромкое мелодичное позвякивание конской сбруи. Отпустив тонконогого отдыхать, эльф выхватил из ножен изящный меч и принял боевую стойку, словно приветствовал соперника. Соперника сегодня не было, зато была клокотавшая в груди ярость, требовавшая выхода. Несколько сильных молниеносных выпадов не принесли облегчения. Новый поворот, выпад, укол, еще и еще... Туго натянутая тетива нервов, наконец, лопнула и из груди мальчишки вырвался громкий отчаянный вопль, наполненный всей той горечью, ядом и ненавистью, что сжигала его изнутри. Клинок уже не только рассекал со свистом воздух. Он врезался в плотные заросли кустов и по сторонам летели ошметки листвы и срезанных веток, а каждый новый удар сопровождался очередным опустошающим легкие криком. Легкие и душу.
Сердце отчаянно колотилось, затрудняя дыхание, испарина блестела на лбу, а собранные в косу длинные черные волосы выбились из аккуратной прически и падали на лицо длинными прядями. Эльф выбился из сил, но, казалось, достиг главной цели - плотный комок нервов, сдавливавший грудь, растворился, разорванный эмоциональным всплеском и исторгнутый вместе с отчаянными криками. Виэль последним резким ударом наотмашь снес макушку высокого куста и только отступил было на шаг назад, как вдалеке зашумело ломаемыми сучьями и за покалеченным кустом возникла быстро растущая тень. Не ожидавший вмешательства в свою психотерапевтическую процедуру эльф оторопело застыл, всматриваясь в сумрак леса, и с вскриком отскочил перед вырвавшимся из кустов огромным зверем. Подобных тварей в Валерионе Морнэмир не встречал, оттого позволил себе замешкаться, разглядывая чудище. Чудище, впрочем, не намеревалось долго позировать и без канители бросилась в сторону мальчишки, разевая усеянную клыками пасть.
Первое, что успел разглядеть Виэль, была плотная, как броня, чешуя, покрывающая грудь и спину зверя. Это затрудняло дело. Подпускать зверюгу близко было чревато, а атаковать издалека не представлялось возможным - порывистый мальчишка отправился в путь с одним клинком, оставив лук за ненадобностью. Вторая проблема - конь. Заметив опасность, мирно пасшийся скакун взвился на дыбы и ринулся к хозяину, норовя попасть под ноги монстру. Потерять коня в эту секунду казалось страшнее, чем собственную жизнь. Морнэмир привычно сконцентрировался и, не отдавая отчета в своем порыве, приказал коню спасаться и бежать прочь, а после попытался повлиять на зверюгу. С конем, как всегда, сработало безупречно, а вот со зверем не очень. То ли эльф порядком утомился, то ли местные материковые монстры, как и люди, не подпадали под тонкие эмоциональные эльфийские вибрации, но бронированная зубастая скотина продолжала переть на изящного мальчишку, готовая втоптать его в изумрудно-зеленый примятый ковер поляны.

Отредактировано Mornamir Viel (21.04.2022 02:45:54)

+2

3

В лесах Изабелла никогда не чувствовала себя спокойно привычно. До мозга костей городской житель, чародейка терялась в густой зелени, птичьем гомоне, звериных шелестах и тресках, пестром разнотравье и насыщенных лиственных запахах.
Да и Рене успел немало понарассказывать о чудовищах, для которых леса были домом родным, всячески не советуя волшебнице гулять по лесам в одиночку. Не то чтобы она и прежде об этом не знала или не задумывалась, - дурой Изабелла вовсе не была, - но порой думала, что молодой ведьмак нарочно припугивает ее.
Например - чтобы прогуляться вместе. Против этого она, к слову сказать, ничего не имела. Травы травами, а для некоторых ритуалов и снадобий порой потребны чуть более экзотические и сложно добываемые ингредиенты.
И то сказать - его общество всегда ее радовало, и Изабелла уже не могла делать вид, будто это не так.

- Вообще-то почти все из этого я могла и в лавке купить, - чародейка лениво покачивалась в седле своей мирно бредущей шагом лошади. - Уж травы точно. Аконит, вербена, кавегор... Собирать все самой... да кто вообще сейчас так делает, кроме вас, безумно старомодных ведьмаков?
Ворчала она больше по привычке - яркие губы улыбались. День выдался солнечный, с ехавшим рядом Рене можно было обмениваться безобидными подшучиваниями, а в седельных сумках ее лошади были припасены не только ножи и лопаточки для сбора трав и ингредиентов, но и фляга хорошего вина, и обернутый в тряпицу кусок сыра, и свежий хлеб - перекусить в полдень.
- Слышал про эту эльфийскую делегацию? - вновь заговорила Изабелла, когда оба они спешились на опушке, и ведьмак привязал лошадей, чтоб не сбежали. - Думаешь, Его Величество и вправду женится на эльфийке?
При дворе у чародейки были определенные связи, пусть сейчас и изрядно пошатнувшиеся, но все, что касалось эльфийского посольства, до сих пор было слишком важным - и потому достаточно закрытым! - делом. Гости из Валериона держались наособицу, и сложно было сказать определенно, приведет это к чему-то или нет.
Но, как и всякую чародейку, Изабеллу влекли интриги и политика едва ли не больше, чем сытая и беспечная жизнь. Как там товарищи Рене шутили? "Встретил чародейку, не интересовавшуюся политикой. Занес в бестиарий как реликта..."

Подол ее длинного платья шуршал в траве так, что вся доступная живность разбежалась бы на милю окрест. Изабеллу это не слишком волновало - не на охоту же они тут собрались. Нет, конечно, если помечтать, чтобы Рене подбил парочку чудовищ на полезные глаза, слизь и языки - то можно, но чародейка в это не слишком-то верила.
И потому, когда из подлеска на них с громким топотом и нежным перезвоном дорогой упряжи внезапно вылетел конь - отпрянула и ахнула, инстинктивно закрываясь руками. Она была неплохой наездницей, но успокоить насмерть перепуганную лошадь или, тем паче, останавливать ее на полном скаку, не умела - да и не собиралась.
Куда важнее было другое: от кого конь так помчался...

+2

4

К Изабелле Рене стал наведываться все чаще и чаще. Сам не понимал, почему его так тянуло к чародейке, но он заглядывал к ней каждый раз, как только приезжал в столицу, и придумывал различные предлоги, чтобы хоть немного побыть вместе. Ну вот, например, как сейчас – сопровождал даму в ближайший лас за травами. Изабелла, конечно, и купить могла почти все, но и в самостоятельном сборе были несомненные преимущества – и бесплатно, и качество лучше (себе ж плохого не насобираешь), и прогулка на свежем воздухе в приятной компании. Себя Рене именно такой компанией и считал. В общем, с какой стороны не посмотри, но от поездки в лес в сопровождении ведьмака чародейка получала только плюсы.
- Мы не старомодны, мы практичны, - усмехнулся Рене, когда Изабелла озвучила все эти его мысли вслух. – Зачем тратиться на то, что можно получить бесплатно? Правильно собрать, правильно высушить, правильно заварить – эффект зелья будет в разы сильнее. Ой, ну мне ли тебе это говорить?
Он прекрасно знал, что чародейка и сама в курсе, что и как торговцы выставляют на продажу – подчас и мухлюют, и обвешивают, и в наглую врут. Просто по привычке поворчать хотела.
Но Изабелла быстро сменила тему, спрашивая уже про эльфийскую делегацию.
- Краем уха слышал, - подтвердил Рене.
Да кто мог этого не слышать? Эльфы уже месяц как приехали ко двору Его Величества - об этом знала последняя дворняжка в королевстве. Вот только к грядущей свадьбе все относились по разному – кто-то одобрял, считая, что она может положить начало объединения народов, кто-то был категорически против, подозревая, что остроухие стремятся закрепиться на троне, чтобы после вернуть себе все потерянные во время войн земли. Но разве будет король проводить опрос среди своего народа, кто и что там считает верным? Конечно, нет. Решит все сам и, того гляди, развяжет войну с соседним Ригелем.
- Наверное, женится, - пожал плечами Рене. Ему было все равно – он в политику не лез. – Не знаю уж, чем нашему королю не угодила предыдущая невеста, но сердцу не прикажешь. Хорошо еще, что выбрал эльфийку, а не какую-нибудь гарпию! Говорят же, любовь зла... Ты-то сама что про это все думаешь?
Он точно знал, что вертящаяся при дворе чародейка разнюхала о происходящем больше, чем пребывающий в вечных разъездах ведьмак. Возможно, и разговор этот завела только для того, чтобы поделиться сплетнями. И тут он даже мог помочь – в деревнях сплетен ходило немало, например, о том, что эльфы специально околдовали короля, чтобы женился на их принцессе.
Но сказать большего, чем уже было сказано, Рене не успел – из кустов галопом вылетел оседланный конь, испуганный настолько, что едва не сбил людей с ног, и тут же умчался дальше, не разбирая дороги.
- Вот ведь… - Рене озадаченно глянул на отпрянувшую в сторону Изабеллу.
Промчавшаяся мимо лошадь его не волновала, а вот донесшееся рычание как раз с той стороны, откуда она бежала, насторожило. И тут же в подтверждение притаившейся рядом опасности завибрировал на груди медальон. Значит, впереди монстр, и хозяина лошади он, вероятно, уже сожрал. Или собирался сожрать – надо было все же глянуть, что там.
- Жди меня здесь, - бросил Рене Изабелле и, на ходу доставая серебряный меч, кинулся в ту сторону, откуда доносился звериный рев. 

Тварь на поляне обнаружилась в полном одиночестве – бродила вокруг дерева, что-то вынюхивая у его корней. Никаких людей – ни живых, ни трупов – Рене поначалу не заметил. Заметил чуть позже, когда шевельнулась листва на вершине того самого дерева, возле которого бродил куролиск. Да, именно он – полуптица, полуящерица. И что радовало, не особенно крупный – с таким справиться было несложно, главное, не дать ему обойти со спины и избегать ударов хвоста и ядовитых плевков.  Ну и чтобы не надумал взлететь, сходу шарахнуть Аардом что Рене и сделал.

+2

5

С первого взгляда тварюга показалась огромной и до оторопи уродливой. Со второго, стоило только подальше отскочить, а заодно отпугнуть ее снопом искр в морду, стало ясно, что хоть мелкой тварь и не была, но огроменной показалась из-за растопыренных крыльев с взъерошенными перьями и задранного хвоста. Уродливой, впрочем, все равно осталась.
Крутанув в руке меч, Морнэмир принял стойку, внимательно наблюдая за каждым движением зверя. Тот двигался быстро, напористо и, по мнению эльфа, довольно бестолково, время от времени подскакивая и взбрыкивая длинными когтистыми лапами. От когтей-то в первую очередь и пришлось уворачиваться. Во вторую - от хвоста, которым монстр, как оказалось, тоже ловко действовал. Эльф увернулся, нанес пару молниеносных уколов в бок твари, но толку от них было чуть. Кажется, только сильнее разозлил, потому что тут же последовала новая атака и чудовище взмыло над головой. Морнэмир наотмашь полоснул клинком по пузу, зверюга спикировала вниз, норовя оказаться у эльфа за спиной.  Эльф такой возможности предоставлять ей не собирался и нелепая пляска на поляне могла бы затянуться, если бы горячка, неопытность и самонадеянность молодости не сыграла с Виэлем злую шутку: увлекшись этой дикой корридой, он подпустил тварь слишком близко, надеясь перерезать ей глотку с одного сильного удара, и сам не понял, как оказался на земле, сбитый с ног ловкой подсечкой хвостом.
Далее счет пошел на секунды. Огромный клюв, с которого что-то мерзкое капало, казалось, закрыл собой полнеба, а от вонзившейся в землю рядом когтистой лапы по сторонам полетели ошметки травы и корней. Морнэмир стремительно откатился в сторону, под тень раскидистого дерева, и, вскочив на ноги, понял, что дальше в таком духе продолжаться не может. Следовало взять паузу, тем более что зверюга, осознав промах, снова вознамерилась подняться в воздух, чтобы добить, не иначе.
- Дурацкий материк, - выдохнул в сердцах Виэль и высоко подпрыгнул, хватаясь за нижнюю ветку. Меч плашмя лег на опору, позволив быстрее подтянуться и покинуть ставшую слишком опасной землю, а далее сомкнувшаяся крона надежно укрыла эльфа от яростно клекотавшей и ревущей твари. В густом переплетении ветвей послушного эльфийской магии дерева нападающему достать его было довольно затруднительно. Осознав это, зверюга шмякнулась у подножья и принялась громко сопеть, роясь у корней, а Морнэмир поднялся выше и устроился поудобнее на ветке, взирая на противника свысока и брезгливо счищая с клинка пучком листьев чужую кровь и прилипшие к ней обрывки перьев и чешуи.
- И леса у них тут дурацкие, - бурчал мальчишка, сковыривая очередную чешуйку. По мере того, как азарт спадал и сердце успокаивалось, появилось болезненное тянущее ощущение в боку, вспыхнувшее остро от попытки разогнуться. Богато украшенный дуплет топорщился безобразными грязными лохмотьями и пропитывался возле ребер алым. - И звери просто... твари, - поморщившись, Морнэмир аккуратно расстегнул дуплет и оценил масштабы постигшей его неудачи. Рана оказалась не слишком глубокой. Длинный порез вдоль ребер, по всей видимости, от доставшего его когтя. - Ненавижу...
Тварь крутилась внизу и явно не намеревалась в ближайшее время уходить. И что-то подсказывало, что терпения и сил у нее побольше, чем у загнанного на дерево эльфа, а значит, надо что-то срочно предпринять. Или хотя бы серьезно на эту тему поразмыслить. Сверху на нее спрыгнуть, что ли...
Внезапно зверя что-то будто подбросило и сбило с ног. На мгновение позабыв про боль в боку, Морнэмир пригнулся и, опустив закрывавшую обзор ветку, оглядел поляну в поисках внезапного помощника. С одной стороны, подмога была как нельзя кстати, а с другой... Ох, позволить какому-то ведьмаку оказаться свидетелем его такой позорной неудачи, что может быть хуже? Если не считать, конечно, возможность быть сожранным грязной пернатой тварью.
- Дурацкий край, - констатировал окончательно про себя и с обреченным вздохом, перехватил покрепче рукоять меча и изящно, аккуратно перебрался пониже, оценивая текущую обстановку.

Отредактировано Mornamir Viel (22.04.2022 08:30:22)

+2

6

Кажется, поход в лес за травами обещал перерасти в настоящую ведьмачью охоту. По меньшей мере, Рене тут же выхватил меч и ломанулся через чащу, велев ей ждать здесь.
Как он охотится - Изабелле уже доводилось видеть. И что твари, которых он убивает, тоже далеко не безобидны - она прекрасно знала. Но не могла же она остаться в стороне и хотя бы не посмотреть!
Все же она задержалась: перепуганный конь, наконец, остановился. Сделал круг по поляне, недоверчиво прядая ушами и звеня уздечкой, принюхался к чародейке. Белла протянула руку, тихонько цокнула языком, надеясь успокоить его плавными жестами и мягким голосом:
- Ну, ну... будет тебе... ну что же ты?
Конь, к слову, выглядел так, что на нем и королю не зазорно было бы ездить. Тонконогий, изящный, словно статуэтка, с длинной шеей и громадными карими глазами, грива расчесана и заплетена в косы, а седло и уздечка из мягкой кожи отделаны сплетающимся узором из рун и стилизованных цветов.
Эльфийских рун.
- Да ты у нас непростой, не правда ли? - она почти коснулась его морды, но он строптиво вскинул голову, и ей пришлось отдернуть руку. - Неужели прибыл с делегацией?
Из-за деревьев послышался лязг, рычание твари, какой-то грохот - и Изабелла тут же оглянулась. Глупо было бы забывать о том, что там происходит, но она и не забывала.
Нужно помочь Рене. Неизвестно еще, что там за тварь... и жив ли хозяин этого красивого скакуна.
- Жди тут, - бросила она коню и, подхватив юбки, осторожно перелезла через уже поломанные конем кусты.

Рене кружил по поляне напротив отвратительного вида твари - пернатой ящерицы с внушительными зубами и не менее внушительными когтями. Куролиск шипел и порывался плюнуть в юркого ведьмака ядом, не давая обойти себя со спины - его крылья и хвост цеплялись за траву и низкие кустарники, мешая двигаться, но и на расстояние удара мечом он Рене не подпускал. А арсенал ведьмака сегодня был ограничен - не на охоту же собрались, за травами.
Изабелла прошипела заклятье, пропуская через себя собранную энергию, магический поток, к которому обращалась, уже почти не задумываясь. Голубые глаза чародейки засветились, на поляне разом стало холоднее, будто в середине весны внезапно снова начался снегопад.
Нескладные, корявые лапы твари внезапно вмерзли в лед, перья покрылись изморозью, склеиваясь и теряя мобильность. Куролиск дернулся - лед пошел трещинами, но к земле все еще приковывал.
У Беллы и не было цели удержать его надолго - лишь сковать, чтобы Рене сподручнее было нанести удар.

Отредактировано Isabella (22.04.2022 08:58:12)

+2

7

Куролиск оказался на удивление шустрым, хоть размерами чуть превышал человека. Оглушение на него действовало недолго – на месте он замер, но все равно продолжал вовсю махать крыльями, хаотично пытаться клюнуть или бить хвостом. Пришлось уворачиваться, чтобы не попасть под удар и не растянуться на земле, оказавшись сбитым с ног. Но так как с координацией у куролиска после аарда начались проблемы, то Рене не очень-то боялся, что попадет под раздачу: немного внимательности и сноровки – и он почти вплотную подобрался к агрессивной курице и рубанул мечом по крыльям, - по одному, а затем и по второму, - чтобы тварь не смогла взлететь, ведь ее атаки с воздуха были намного опаснее обычных наземных.
А тут как раз и Изабелла подоспела – Рене, когда помчался на рев монстра, почти не сомневался, что чародейка не останется в стороне и последует за ним хотя бы из чистого любопытства. Так что ждать на поляне он хоть ее и просил, но на это не рассчитывал.
Куролиск тряс головой, истошно клекотал от боли, стараясь сбросить остатки оцепенения аарда, но его когтистые лапы, благодаря Изабелле, покрылись коркой льда, по-прежнему не давая двинуться с места. Это настолько озадачило монстра, что он невольно склонил голову, чтобы понять, что его держит, но как только склонил, Рене уже не стал ждать более подходящего случая – нанес решающий удар, отсекая куриную голову от туловища.
Обезглавленная тушка твари завалилась на бок, заливая кровью траву. Чешуйчатый хвост еще какое-то время дергался туда-сюда, не давая подступиться ближе, но вскоре тоже замер на месте.
Рене стряхнул с клинка кровь и обернулся к чародейке:
- Спасибо. Мороженая курица меньше портится на жаре. Ты в порядке?
Конечно, она была в порядке – близко к монстру не подходила, так что и задеть Изабеллу куролиск никак бы не смог. Интересовался Рене, скорее, по привычке, чем действительно волнуясь о здоровье чародейки. Да и ей, в целом, наверное, было вообще не до его вопросов – по взгляду читалось, что Изабелла уже мысленно подсчитывала, что с монстра пригодится в хозяйстве, а что можно отправить на продажу.
И теперь можно было бы на самом деле беспрепятственно выпотрошить добычу, забирая все, что есть ценное, но оставался еще и тот, из-за кого эта охота, в общем-то, и состоялась – по прежнему прятался на дереве, не торопясь спускаться.
- Собрался устроиться на гнездовье? Весна. В самый раз. Я понимаю, – Рене с усмешкой прищурился, задрав голову вверх и рассматривая сбежавший от куролиска обед. Насколько он мог судить по высунувшейся из скопления листвы физиономии, обед был довольно молод – монстру бы, наверное, очень понравился. – Спускайся. Эта курица тебя уже не склюет.
Умчавшийся конь был довольно дорогим, а значит и мальчишка принадлежал к знатному роду. Или служил в богатом доме – пока что сквозь листу понять, кто там прячется, было сложно. Но так или иначе, можно было попытаться стрясти неплохую сумму за спасение знатного отрока – батя его, наверняка, должен был расщедриться на награду.

+2

8

Как только на поляне заметно похолодало, Морнэмира даже передернуло. Не столько от озноба, хотя и холод играл немаловажную роль, сколько от осознания, что теперь тут не один свидетель, а целых два. Да что за день-то сегодня такой! Он подавил желание от души приложиться лбом о ствол, - наливающаяся синевой шишка не добавит ему шарма, в этом он был убежден, - и приостановил спуск. Во-первых, заинтересовался работой чародейки, а за такими делами удобно наблюдать свысока. Во-вторых, раненому явно не стоило путаться под ногами и руками знающего свое дело ведьмака, а в третьих из-за доставшего до его убежища ледяного заклятия пальцы слушались из рук вон плохо и эльф даже меч удерживал с трудом, тут не до ловких изящных пируэтов.
Бой внизу закончился до обидного быстро. Будто ему в укор, хотя Виэль и без всяких попыток найти виноватого осознавал, что на незнакомую скотину у него не было ни сил, ни знаний. А тут опытный ведьмак с чародейской подмогой, у зверя не было шансов. Ну, плюс и он сам его успел здорово измотать и пару раз продырявить, хоть его удары вроде бы не слишком эффективно отразились на состоянии здоровья твари. Все равно обидно. Особенно за последовавшие шуточки. Ну вот, началось...
- Эта курица меня и так не склевала бы, - не сдержав раздосадованного фырканья, Морнэмир перехватил покрепче рукоять меча все еще немеющими пальцами и спрыгнул на безопасную отныне поляну. Покрывавший траву слой инея и льда тоненько хрустнул, а бок опалило болью. По юному лицу эльфа на мгновение пробежала гримаса боли, но он тут же выпрямился и попытался как можно непринужденнее вложить меч в ножны. Получилось немного не так, как задумывалось - одной рукой приходилось прикрывать бок, зажимая рану, а к онемению добавилось головокружение. Дурной знак.  - Я как раз собирался поразить ее сверху. Но, тем не менее, признаю, что ваша помощь была весьма кстати, - он горделиво вздернул подбородок и оглядел спасителей холодным надменным взглядом.
Теперь он мог разглядеть их получше. Судя по туалету чародейки, они в такую глушь явно не для охоты на чудищ забрались. Морнэмир подавил настойчивое желание закатить глаза и манерно вздохнуть "Ох, эти люди..." - демонстрировать свое неудовольствие варварами было особо не перед кем. Солидарных с ним эльфов поблизости нет, а единственным людям совсем не обязательно знать, что именно о них думают. Сейчас он для них член королевской эльфийской делегации и обязан держать марку во имя Благого народа. Вот только держать эту марку вместе с непроницаемо-ледяной маской на лице с каждой секундой становилось все труднее.
- Эта курица... и правда курица, - он недоуменно моргнул, глядя на расплывающуюся перед глазами отсеченную голову твари, и помотал головой, пытаясь остановить головокружение и разогнать подступающую темноту. - От имени... Валериона я... приношу благодарность за... помощь... - глаза он все-таки закатил, пусть и не по своей воле. Прижимая руку к окровавленному боку, эльф отступил на шаг назад, ища спиной опору, и упершись в ствол дерева, медленно, будто нехотя, сполз на землю, бледнея на глазах.

+2

9

Рене не сплоховал и не подвел - да и как он мог, при зрителях-то?! - мощным, выверенным ударом серебряного меча, сверкнувшего в тусклом свете, отсек куролиску башку. Та покатилась в траву, мягко подпрыгивая, тело забилось в конвульсиях, ломая ставшие хрупкими стебли подмороженной чародейкой травы.
Изабелла выдохнула и нервно переступила  по изморози, отойдя чуть подальше от еще дергавшегося туловища.
Туловище - это отлично. Это просто великолепно. Глаза и яд кокатрикса - превосходные ингредиенты. За них на рынке дерут столько, что покупать их чародейка считала возмутительным расточительством, а в ее алхимических изысканиях они порой бывали необходимы - а их перья для записей и вовсе бесценны...
Еще бы она не порвала кружева на платье об эти дурацкие кусты!
- Ты в порядке?
Как маслом в огонь плеснул.
- Нет! - возмущенно отозвалась Изабелла и приподняла испорченный подол, демонстрируя ловко скроенные туфельки и вышитые чулки. - Я платье порвала!
Впрочем, судьба ее платья ведьмака волновала весьма незначительно: задрав голову, он уже высматривал кого-то в ветвях раскидистого дерева. Кого-то глазастого, тоненького, осторожно возившего руками по обледеневшей коре.
- Точно! - отвлеклась от платья чародейка. - Я же ту лошадь рассмотрела. По всему видать, что она...
Мальчишка сверху буркнул что-то и грациозно сверзился вниз. Изабелле и Рене пришлось попятиться.
- ...эльфийская, - закончила Белла, не сводя глаз со спасенного.
Он и вправду был эльфом, хоть и совсем юным даже на первый взгляд: высокий, изящный, с длинными черными волосами, в которых застряли ранние листочки, и большущими синими глазами. Острые кончики ушей недоверчиво дрогнули, когда он обежал их взглядом и попытался, в эльфийской манере, не то поблагодарить, не то обхаять.
Ох уж это знаменитое эльфийское дружелюбие.
- Помощь? - Изабелла усмехнулась. - Да мы тут вообще-то на куролиска охотились, разве не видишь?
О да. По ней это особенно хорошо было заметно.
- Как твое имя?
Высокомерное выражение на его лице то и дело готово было смениться болезненной гримасой, но он держался. Присмотревшись, она заметила кровавое пятно на его нарядном дублете, да и на лбу юноши выступала испарина от боли.
Он еще попытался пролепетать что-то, действительно похожее на благодарность, но рана брала свое: разом побледнев, эльф сполз по стволу дерева, отчаянно зажимая ладонью бок.
- Потом принесешь благодарность! - оборвала его Изабелла, опускаясь на землю рядом с ним. - Дай-ка взглянуть...
Давать взглянуть он не хотел, пока она не бросила взгляд на Рене, и ведьмак силой не отвел его руки в стороны. Порез был неглубоким, но обильно кровоточил.
- Он его отравил?.. - Изабелла вновь подняла глаза на ведьмака. Кокатриксов она проходила, по большей части, в теории, а видела по частям.

+2

10

Эльф. Ну надо же, эльф. Хоть и мелкий совсем, но уже под стать большинству своего народа, гордо задравший нос кверху, подчеркивая свое превосходство над простыми смертными.
Рене лишь хмыкнул, пока мальчишка натянуто приносил свои благодарности, но бледность на лице и рану на боку ведьмак заметил сразу – куролиск парня все же зацепил хвостом или лапой. Хорошо, что не клюнул – половину бочины бы запросто мог отхватить или так глубоко ранить, что от кровотечения, жертва бы уже давно мертвой лежала. 
— Он его отравил?.. – Изабелла первой бросилась к эльфу, когда тот сполз на землю, почти теряя сознание.
- Возможно. Немного, - Рене поспешил ей на помощь, ухватив парня за руки, чтобы не мешал осматривать рану. – Парализовал, чтобы удобнее добить. Вот если бы был василиск, то тот отравил бы по-настоящему – яд у него ядреный, бьет на раз. Так что главное, кровь остановить, а там уже сам в себя придет.
У Рене были с собой ведьмачьи эликсиры, вот только дать их никому он не мог – то, что для него было лекарством, для обычных людей, или тех же эльфов, оборачивалось настоящим ядом. Так что со своей помощью, он лишь угробил бы мальчишку – пусть лечит Изабелла, ей и привычнее и сподручнее. Со своей стороны Рене лишь помог чародейке снять с эльфа его нарядный дублет и рубашку, чтобы свободно добраться до раны. Рубашка, впрочем, тут же пошла на бинты.
- Все равно уже испорчена, - заметил Рене, рассматривая разорванный когтями окровавленный материал. – Так что пусть на благое дело послужит.
Он достал с пояса нож и отошел в сторону, чтобы не мешать Изабелле в ее колдовстве, а заодно порезать эльфийскую рубаху на длинные ленты. Раненый и без рубахи до дома доберется, а вот свою «последнюю рубашку» отдавать ведьмак не спешил – у него денег меньше, чем у богатого юнца, так что тот потерю легко оплатит, а вот Рене на одежду лишний раз тратиться совсем не хотелось – итак с монстрами одни убытки – вечно приходится то латать, то покупать новое после монстрячих когтей или зубов.
А когда чародейка закончила с лечением – кровь остановилась и рана была обработана и перевязана, Рене подключился к расспросам:
- Так кто ты и откуда? Как ты вообще на куролиска нарвался?
И ведь если куролиск оказался здесь, в лесу, то где-то, не так далеко, должно было бы быть его логово – какая-нибудь пещера, нора в холме или нечто подобное. Можно было бы глянуть, что там вообще творится – может не только одна тухлятина припрятана, а если и она, то спалить все лишним не будет точно.
Но с другой стороны, сначала надо было бы мальчишку до города сопроводить - свалится еще со своей лошади, свернет шею, и кайся после, что не помогли.

+2

11

Сознание настойчиво и неотвратимо уплывало и как бы Виэль ни пытался удержаться на поверхности осознания реальности, перед глазами все равно то и дело норовила расплыться непроницаемая чернота, сквозь которую, как через толщу воды, доносились голоса и время от времени всплывали размытые, нечеткие образы. Он чувствовал, как его хватают за руки, как распахивают и стягивают дуплет и, не взирая на его слабое, беспомощное сопротивление, еще и сорочку. Из обрывков фраз отчасти стала понятна причина столь внезапной слабости и головокружения, этой до обидного оскорбительной беспомощности: отравление. Значит, эта курица-переросток не просто шустрая и когтистая, но еще и ядовитая? Запоздало пришло еще одно осознание того, что помощь действительно подоспела на удивление вовремя, ведь просиди он на дереве еще немного и яд, сваливший его с ног на земле, одолел бы его наверху и он свалился бы оттуда прямо в лапы твари. И можно было бы считать, что повезло, если бы удалось при этом относительно быстро и безболезненно свернуть себе шею.
Перспектива, стоило ее только полностью осознать, ввергла в ужас. Ведь у него действительно были все шансы не вернуться, сгинуть в этом неведомом лесу, и никто бы даже не знал, где его вообще искать. Нелепейшая и абсолютно недостойная смерть в самом неподходящем для этого месте. И пока чародейка вместе с ведьмаком крутили его, как беспомощную тряпичную куклу, сам Морнэмир прокручивал в воображении одну за другой жуткие картины. Не дай Богиня если кто-нибудь из королевской свиты прознает о случившимся! Еще наверняка предстоит непростой разговор с Нуадой, учитель не преминет прокомментировать его "подвиги" и, главное, их неутешительные результаты. Нет, однозначно, надо как угодно, любой ценой скрыть ото всех при дворе это его неудавшееся приключение.
Видимо, чародейка свое дело знала, потому как постепенно окутывавшее Морнэмира темное плотное облако бессознательного начало отступать. И хотя он не мог с уверенностью сказать, сколько времени пробыл в пограничном состоянии, хотелось думать, что не слишком долго. Слабость еще не полностью покинула тело, но кончики пальцев уже не немели, озноб отступил, а голова не кружилась. Осторожно шевельнувшись, эльф бросил быстрый взгляд на перебинтованный бок и, залившись краской смущения, потянулся за отброшенным в сторону дуплетом, торопясь прикрыть обнаженный торс от посторонних взглядов.
-  Благодарю, миледи. Откуда я? Из Валериона, - несмотря на явно смущенный и болезненный вид, в голосе эльфа все равно отчетливо звенел вызов, мол, неужели нельзя сразу догадаться, откуда же еще?! Впрочем, счел нужным пояснить. - Вернее, на данный момент наш двор располагается с визитом в Аскерте, я паж ее Высочества принцессы Веларис. Морнэмир Виэль, к вашим услугам, - мальчишка склонил голову в подобии благодарного поклона, даже чуть подался вперед, насколько позволила тугая повязка и полулежачее положение. От произнесенного сдержанным тоном "К вашим услугам" сразу отчаянно захотелось отгрызть себе язык, но глубоко въевшиеся под золотистую кожу правила требовали придерживаться вежливого этикета. Оставалась надежда на то, что эта парочка не сочтет его слова призывом к действию. он им, конечно, обязан жизнью и долг, если потребуется, непременно вернет, честь рода обязывает, но настаивать не станет. - Этот куро... петух-переросток выскочил из кустов совершенно неожиданно. Я таких никогда не видел... Кстати, а с кем имею честь?  Я могу просить вас сохранить этот досадный инцидент в тайне?

Отредактировано Mornamir Viel (25.04.2022 16:46:20)

+2

12

Лечить эльфов Изабелле доводилось впервые в жизни - собственно, она и чистокровного валерионского эльфа-то видела не так уж часто. В Торвер Вельде одна из Наставниц была наполовину эльфийкой, и до сих пор Изабелла полагала, что леди Виара существенно отличалась от остальных и внешностью, и грацией, и манерой держаться, и даже разговором.
Но рядом с чистокровными эльфами даже леди Виара показалась бы простушкой. В раненом мальчишке, даже бледном и замызганном, было нечто непередаваемо изящное. Более тонкие и длинные кости, огромные лучистые глаза, сейчас подернутые пеленой боли, мягкие длинные волосы.
Целительной магии он поддавался удивительно легко - словно от певучих чар волшебницы кровь сама спешила вытолкнуть яд, а рана - затянуться. Должно быть, первородные по самой природе своей стояли куда ближе к магии, чем люди. Вдохновленная этим открытием Изабелла остановила заклятье лишь тогда, когда полубессознательный эльфеныш, заморгав, принялся приходить в себя, а Рене, бесцеремонно разодравший его щегольскую белую рубашку на лоскуты, перевязал подзажившую рану, чтобы не раскрылась вновь.
Все же Изабелла не была целителем до конца. Ну да ничего, до столицы малыш теперь точно дотянет.
Она перевела дыхание, с сожалением вспоминая о фляге с вином, оставшейся в седельных сумках вместе с едой. После использования магии на нее всегда нападал дикий голод, когда тело требовало восстановить запасы, но идти обратно через кусты к лошадям казалось невыносимой задачей.
Зато эльф окончательно оклемался и вернулся к своей изысканной, но все равно высокомерной манере изъясняться.
- Всегда рада оказать помощь, Морнэмир Виэль, - в тон ему отозвалась чародейка, потянувшись и разминая замерзшие руки. - Я Изабелла, чародейка Торвер Вельда, а это господин Рене, ведьмак, - титулов у обоих было прискорбно мало, а те, что были, Белла предпочла придержать до лучших времен. - Как же вы оказались в лесу, милорд? Тут ведь, помимо "куриц-переростков" много кого еще встретить можно... к слову, Рене, ты ведь поможешь мне с разделкой этой туши? - она подняла на ведьмака большие, просящие глаза. - Думаю, милорд Виэль не станет возражать и претендовать на части куролиска...

+2

13

Паж Ее Высочества Принцессы…
Рене посмаковал в уме эти слова, прикидывая, сколько же денег у Ее Высочества, и сколько из них она готова выплатить в качестве благодарности за спасение своего пажа. Если принцесса не полная скряга, и если это не она послала парня специально на убой (в этом Рене все же очень сомневался), то сумма должна была бы выйти очень даже достойной.
А пока ведьмак пребывал в размышлениях, чародейка уже представила мальчишке и Рене, и себя саму, и тот внезапно заявил:
- Я могу просить вас сохранить этот досадный инцидент в тайне?
- Почему в тайне? – поинтересовался ведьмак. – Вы чуть не погибли. Разве ваша принцесса не должна знать, что ее паж геройски сражался с куролиском, и отблагодарить тех, кто ему помог? По-королевски. Или вас совсем не ценят при дворе? – он приподнял бровь, выжидающе глядя на эльфа. – Или вам стыдно принимать помощь от людей?
От выяснения последнего вопроса отвлекла Изабелла:
- К слову, Рене, ты ведь поможешь мне с разделкой этой туши?
Взгляд ее был однозначно умоляющим. Вот только что она под ним подразумевала – не приставать к эльфу с оплатой, или разделать тушу самостоятельно, а поделить поровну? На счет второго Рене по-иному и не думал: чародейка и так уже поработала – мальчишку подлечила, так что с тушей возиться явно ему. В вот от первого ему отступать бы не хотелось.
- Я все сам сделаю, - ответил он Изабелле, - а вы пока поболтайте. И идите к лошадям, а то вдруг господину Виелю поплохеет от вида потрошенного монстра. Он, наверное, к такому зрелищу не привык.
Теперь уже сам ведьмак одарил чародейку многозначительным взглядом, мол, давай разберись с вознаграждением – по своему, по-женски, по-чародейски. К примеру, припугни, что жабой станет, если оставит своих благодетелей с пустыми руками.

***

Рене знал, что алхимики в столице готовы были купить почти любую часть, что оставалась от монстра более-менее целой после его смерти, - главное, продать побыстрее, пока свеженькая. Рене сходил к лошадям за фляжкой, вылил из нее воду и заполнил куролисковой кровью. Ножом вырезал монстру глаза, ощипал крупные перья, пока тушка еще не остыла, отрубил когти и клюв, сцедил парализующий яд из желез. Затем мечом рассек пузо твари и избавил ее от сердца и печени.
Можно было бы взять чешую и кожу – умельцы из первой делали амулеты или терли в порошок для зелий, вторая шла на сапоги, куртки или даже седла для скакунов. Но чтобы забрать все, понадобилась бы телега – не меньше, так что пришлось Рене ограничиться лишь самым ценным. В конце концов, если найдется покупатель, то можно и позже вернуться.
- Кажется, где-то мы недавно проезжали ручей, - Рене вытер руки и нож о траву, но вовсе не прочь был бы смыть кровь с себя по нормальному. Он принюхался – чувство было таким, словно он пропах куролиском насквозь.
Но что поделать? Сейчас еще и седельные сумки пропитаются кровью – ароматом в городе от них будет нести за версту.
- Это еще ничего, - Рене заметил, как наморщил благородный нос эльф. – Вот если бы я мозг утопца принес – там бы вонь стояла покруче. А тут всего-то кровь… Осталось выпить? – последнее спросил уже у Изабеллы, надеясь, что чародейка не все вино потратила, чтобы привести в чувство и себя, и своего «больного».

+2

14

Разделка туши? Претендовать на... Морнэмир едва не задохнулся от оторопи и отвращения, едва понял, о чем говорит леди Изабелла. Они что, собираются разделывать эту тварь прямо сейчас? Очень хотелось надеяться, что леди пошутила относительно того, что он будет претендовать на этот сомнительный трофей, но на всякий случай Виэль выразительно и твердо покачал головой, сопроводив отрицание еще и отметающим жестом рукой. Для лучшего понимания, так сказать, а то как бы ведьмак господин Рене не понял его как-то превратно.
Слабо улыбнувшись, Морнэмир аккуратно поднялся на ноги, опираясь в процессе о ствол спасшего его дерева, и неторопливо проследовал вслед за чародейкой в кусты, за которыми где-то в отдалении слышались звуки лошадиной возни. Мысль о том, как далеко успел умчаться его конь, прочно заняла мысли эльфа. Все-таки путь сюда был немалым, пешком он навряд ли это расстояние легко преодолеет, а на наличие повозки у людей рассчитывать особенно не приходилось - не в этой глуши.
- Леди Изабелла, я хотел бы кое-что прояснить, - подал он голос, едва за спинами сомкнулись ветви кустарника, отрезая их от ведьмака и гнусной дохлой твари. - Я правильно понял то, что господин Рене крайне заинтересован в вознаграждении за мое спасение и хочет побеседовать на эту тему с принцессой? - взглянул выжидательно на чародейку, надменно выгнув бровь. В целом, весь вид эльфа демонстрировал, что он не удивлен подобному повороту, но для полной уверенности желал развеять свои сомнения.
Изабелла обворожительно улыбнулась, поиграв ямочками на щеках.
- Ну что вы, милорд, о деньгах речи не идет: мастер ведьмак пошутил, спасение жизни - долг каждого порядочного человека... - она чуть выделила голосом последнее слово и Виэль едва не закатил мученически глаза. - Однако же, и он, и я были бы крайне признательны, если бы нас представили Ее высочеству как ваших спасителей, а также честных людей, на которых можно положиться в трудную минуту...
Намек был более, чем прозрачен. Связи - куда ценнее самых звонких монет. И намек этот совсем не понравился пажу. Ладно бы деньги, он в состоянии и сам откупиться от людей, не привлекая к этому вопросу королевского казначея, но вводить их во дворец, представлять Ее Величеству, еще и, как следствие, объяснять причины и следствия, предшествовавшие этому сомнительному знакомству... Ох, Богиня, да ни за что!
Ответить Морнэмир не успел: на поляне, куда они вышли, раздалось ржание и мирно пасшийся чуть в стороне от пары лошадей конь легкой рысцой направился к хозяину. На юном лице эльфа впервые расцвела искренняя улыбка и он словно позабыл о трудном выборе и о чародейке, вероятно ожидавшей ответа. Поймав коня под уздцы, он с ласковым, урчащим говором что-то нашептывал ему, прижавшись лбом к лошадиной голове и не вполне осознавая, что ценит этого своего коня куда больше всех людей, вместе взятых. Он не только спасся, но и не убежал далеко, вернулся к нему. Связывать присутствие коня с все той же человеческой парой эльф и не думал.
- Думаю, мы сможем обсудить размер вознаграждения, чтобы он устроил господина Рене. И тебя, леди Изабелла, безусловно, - нарадовавшись верному скакуну, Морнэмир снова развернулся к чародейке и скрестил руки на груди, окидывая придирчивым взором чужих коней и их не особенно обременительную поклажу. Судя по увиденному, человеки действительно не на охоту выбрались. - Я совсем не против проявить свою благодарность.
И лучше в денежном эквиваленте. Несмотря на все женское очарование Изабеллы, Виэль был склонен предполагать, что понял Рене правильно, а значит, ведьмака будет легче склонить в сторону увесистого кошелька, а для этого совсем не обязательно подпускать их близко к эльфийской делегации. Прикоснувшись к окровавленному пятну на безвозвратно испорченном дуплете, эльф склонил голову. - А пока могу я попросить глоток воды, если вы им, конечно, располагаете?
Возвращение ведьмака ознаменовала знатная вонь. Сам Рене выглядел немногим лучше запаха, перепачканный кровью и ошметками внутренностей. Эльф не сдержал гримасы отвращения и не счел нужным за то извиняться, когда она не осталась незамеченной. Рене, впрочем, не стал изображать оскорбленного в лучших чувствах, и на том спасибо. А упоминание ручья напомнило, что и самому Виэлю не помешало бы очистить свой меч от крови твари.
- Ручей я бы тоже навестил, - отозвался он, с трудом представляя, как выглядит и особенно пахнет утопец вместе со своим мозгом. - И после я готов обсудить сумму вознаграждения и место ее передачи.

Отредактировано Mornamir Viel (30.04.2022 17:28:52)

+2

15

И все же слухи о высокомерии остроухих не были преувеличены - в этом Изабелла убедилась полностью.
Они с Рене спасли и вылечили этого глазастого паршивца, а тот, - когда был уверен, что они не видят, - еще умудрялся нос морщить. И на ведьмака, слегка перемазавшегося в потрохах куролиска (и чего кривиться? между прочим, деньги за части тела монстра давали хорошие!), и на саму Изабеллу, когда понял, что ее интересует нечто большее, чем деньги.
Благодарность он проявить "совсем не против", значит.
Интересно, сколько ему было лет? Возраст эльфов с их вечной юностью, всегда было непросто определить, но паж принцессы навряд ли должен был быть сильно старше нее самой. Возможно, Морнэмир даже младше их с Рене...
- Конечно, мы съездим к ручью, - Изабелла погладила по морде собственную лошадь, выудила из седельных сумок специальную ткань, приготовленную для сбора трав и не позволявшую им преждевременно увянуть, передала ее Рене, чтобы завернул в нее части куролиска. - Думаю, нам всем не помешает отдохнуть и перекусить.

Воду она нашла быстро - в конце концов, именно вода была основным элементом ее силы. Ручей был звонким, холодным, полноводным - снега стаяли уже полностью, но жары, чтобы прогреть русло и измельчить ручей, еще не наблюдалось.
Пока эльф и ведьмак отмывались, Изабелла сбросила щегольские сапожки, с наслаждением опустила босые ступни в ледяную воду - холода она, как водяная чародейка, не боялась, и близость к источнику восстанавливала ее собственные резервы.
- Каким ты находишь Антарес, милорд Морнэмир? - окликнула она эльфа, вытаскивая флягу с вином и нарезая на ровные ломти хлеб и сыр. - Ты всю жизнь прожил на острове Валерион? Что твой народ думает о предстоящем объединении?
Даже если упорный эльфеныш не хотел представлять их принцессе (хотя куда он денется), Изабелла не могла упустить шанс выведать у него побольше полезной информации.

Отредактировано Isabella (22.05.2022 21:01:29)

+2

16

Ручей был выбран всеми тремя единогласно как следующий пункт назначения, тем более, что он находился как раз по дороге к городу. Спасенный эльф неплохо держался в седле, даже не смотря на то, что был ранен – Рене, замыкая их маленький отряд, наблюдал за ним всю дорогу, боясь, что мальчишка свалится с лошади, но нет, держался тот вполне себе уверенно, и падать на дорогу не собирался – Изабелла его хорошо подлатала. 
Да и мальчишка ли он? Хрен этих нестареющих эльфов разберет! Рене не так часто с остроухими сталкивался, так что различать их возраст не научился. Да впрочем, и с самими ведьмаками и чародеями была та же проблема – никогда не выглядели на столько, сколько стукнуло на самом деле.

Вода в ручье оказалась чистой, родниковой, но жутко ледяной. Рене, наплевав на холод, тщательно вымыл руки и лицо, а после кое-как почистил забрызганную кровью одежду. Изабелла, к тому времени, сидя на берегу и болтая ногами в воде, уже принялась расспрашивать Морнэмира (вот тоже имечко придумали – язык сломаешь!) о его впечатлении от Антареса. Ведьмак принес из седельных сумок вино, сыр и хлеб. Теперь о дальнейшей прогулке не было и речи, так что припасы, взятые с собой, можно было умять прямо сейчас. О том, что цель поездки с Изабеллой в ближайший лес изменилась, Рене не жалел – травы они могут насобирать в любой день, а вот деньги за куролиска получить только сегодня.
Каким видит Антарес Мор (для себя имя эльфа Рене сократил, чтобы не мучиться каждый раз его произносить хоть вслух, хоть мысленно)? Да конечно же, ужасным! Он же эльф с того самого эльфячьего острова, где людей не переносят, до сих пор припоминая им проигранную войну. Так что хорошего о людях могла от него услышать чародейка? Разве что забавно было наблюдать, как парень старается быть культурным, не смотря на свои амбиции, – что бы он ни говорил, высокомерный взгляд его все же выдавал с головой.
- Господин Виэль, присоединяйтесь, - отсалютовал ему фляжкой с вином и кивнул на разложенные на полотенце хлеб и сыр ведьмак. – Мы – люди простые, так что, как говорится, чем богаты.
Жевать одному было неудобно. Впрочем, Рене казалось, что мальчишка все равно откажется – во-первых, Люди же предлагали, а во-вторых он, поди, не с серебряной тарелки в своей жизни и есть не пробовал.
– А начет вознаграждения… - продолжил Рене, отпив из фляги. - Жадничать не будем, нам же еще куролиск достался, так что во сколько вы сами свою жизнь оцениваете, столько и возьмем.
Рене улыбнулся. Ему было интересно, что этот Виэль с его гордостью ответит. Неужели скажет, что ценит себя на медяк? Было бы забавно услышать подобное от богатенького и знатного эльфа.
- Изабелла, а ты что думаешь? – ведьмак обернулся к чародейке. – Миледи Изабелла и про дворе появляется, - пояснил он Виелю, - так что, возможно, вы еще не раз встретитесь. И уж точно не в лесу с куролиском.

+2

17

Чувственному и чувствительному эльфу все сильнее казалось, что мерзкая вонь распространяется по округе с ужасающей быстротой и, что хуже всего, значительной частью оседает на нем самом, впитываясь в золотистую кожу, богатые ткани и в неприемлемо, совершенно непростительно взлохмаченные, полные, как ему казалось, мелких веточек, листьев и хвоинок, волосы. Вскочив в седло, он весь путь до ручья исподтишка то и дело проводил по собранным в хвост волосам, отлавливая затаившийся в их гуще отвратительный, чужеродный мусор. И хоть под пальцами ощущалась лишь шелковистая гладкость, юная мнительность невыносимо подзуживала: эти богомерзкие колючки где-то там, в спутавшихся от долгой скачки и беготни прядях, и если не выудить их все, то кто-нибудь во дворце непременно заметит неподобающий вельможе вид. Хотя о чем это он? Стоит увидеть напрочь испорченный окровавленный дублет, как хвоинки в волосах это последнее, о чем ему стоит беспокоиться. И запах. Богиня, что за ужасный запах!
Наверняка вонь исходила еще и от его меча. Морнэмир готов был поклясться, что стоило ему вытащить клинок из ножен, как в нос так знатно шибануло, что глаза едва не заслезились. Определенно, отвратительнейшее место, просто ужасное. Жуткие твари, что четвероногие, что двуногие. Присев у ледяного ручья, Виэль искоса бросил быстрый взгляд на людей. Конечно, нельзя было отрицать, что их появление изрядно ему помогло... Ладно, они ему жизнь спасли, эльф сей факт вынужден был признать, памятуя навалившийся вскорости после ранения обморок, но тем не менее это были люди. Вероломные, недостойные и низкие создания. Безусловно, он отплатит им за свое спасение, хотя, если начистоту, то людишкам было бы за честь приложить руку к помощи высшему эльфу и они сами должны быть ему благодарны за эту возможность, но мир нынче сошел с ума, перевернулся с ног на голову и все теперь не так, как в старых манускриптах и древних легендах его народа. "Дурацкий материк", - снова подумал Морнэмир, провожая взглядом стремительно удаляющиеся по водной глади смытые с эльфийской стали чешуйки. "Ужасный город..."
- Что? - занятый своими мыслями, он не сразу понял, что Изабелла обратилась к нему с вопросами. И вопросы-то были весьма провокационными. Прежде чем ответить, Виэль сдержанно и натянуто улыбнулся и, выудив из седельной сумки мягкую тряпицу, коей некоторым дамам не зазорно было бы покрыть голову, принялся вытирать ею блестящий чистый клинок, наглядно демонстрируя, что есть у него вещи поважнее, чем рассуждать с чародейками о политике его народа и, тем более, о решениях высочайших его повелителей. Своими собственными мыслями на счет объединения он, безусловно, делиться не намеревался.
- Антарес сильно отличается от Валериона, - вернув меч в ножны, эльф попытался проявить максимум дипломатии. - Я действительно всю жизнь прожил на острове и оттого мне пока многое непривычно и сложно для понимания. Но я быстро учусь, - почти скромная улыбка осветила миловидное лицо мальчишки, которая тут же увяла, стоило ему бросить взгляд на стихийный пикник на привале у ручья. Воспользовавшись им, он предельно вежливо качнул головой и опустился на траву чуть в стороне, будто случайно пропустив неудобный для него вопрос мимо остроконечных ушей.
- Благодарю, милорд Рене, я не голоден, -по губам скользнула понимающая усмешка. Конечно, они возьмут вознаграждение, кто бы в этом сомневался! Еще и как вопрос поставлен! Будто эльфийский вельможа способен торговаться! Негодование снова забурлило где-то в животе. Именно негодование, а не проснувшийся при виде хлеба и сыра аппетит, эльф без раздумий вызвал бы на поединок любого, что усомнился бы в этом. Вздернув подбородок, Виэль потянулся было привычно к поясу, но рука застыла на полпути.
- Изабелла бывает при дворе? - этого он не ожидал. Это точно неприемлемо! - Я не знал, никогда прежде тебя там не видел, - в прямом взгляде небесно-синих глаз без слов легко читалось желание, чтобы так и продолжалось. - Что до желаемого господином Рене вознаграждения, то, как я сказал, он его непременно получит. Как только я доберусь до своих покоев. Только я не очень хорошо еще знаю город. Где мы могли бы встретиться?

+2

18

Ну разумеется, она провоцировала. И с самой, что ни на есть, благожелательной и нежной улыбкой ожидала, как высокомерный эльф будет из кожи вон лезть, чтобы не показаться невежливым и неблагодарным свином, пусть даже и свидетелей вокруг, кроме них с Рене, не было. Очевидно, Морнэмир и вправду был еще юн - настолько юн, что пресловутое "держать лицо" для него было превыше всего прочего.
Изумительная наивность. Маленького нахала одновременно хотелось и выдрать посильнее, и поумиляться таким стараниям.
От их трапезы он, конечно же, тоже отказался - тот случай, когда по лицу видно: и хочется, и колется. Хочется есть, колется гордость. Изабелла переглянулась с Рене, послала ему короткую ухмылку - они с ведьмаком уже научились понимать друг друга и без лишних слов.
Сопел он, словно обиженный ребенок. Изабель начинала понимать, почему эльфы в конечном итоге проиграли войну, хотя могли закончить ее раньше и на куда более выгодных для себя условиях. Гордость. Та самая, которую воспевают все известные легенды, которая отправила на гибель тысячи перворожденных, и которую сейчас столь успешно демонстрировал "господин Виэль".
Если принцесса, которую он сопровождал, такая же, как и ее паж - чародейка, пожалуй, ничуть не завидовала королю Ричарду. Жениться на девушке, обливающей людей презрением каждую секунду, терпеть под боком ее столь же высокомерную свиту - врагу не пожелаешь. Никакое эльфийское обаяние и нечеловеческая красота такого не перекроют.
Тем больше Изабель захотелось увидеть хваленую Фэйриэль - и вряд ли юный паж ее от этого остановит. Хотелось ему того или нет, но доступ во дворец у чародейки действительно все еще был, несмотря на ее шаткое, неопределенное положение. В конце концов, о ее связях с Форцем знали немногие, а вот засветиться как талантливая выпускница Торвер Вельда она уже успела.
— Изабелла, а ты что думаешь? - вот о чем Рене никогда не забывал, так это о вознаграждении. Хитрый ведьмак поставил вопрос таким образом, что теперь продешевить мальчишка попросту не мог.
Чародейка улыбнулась - таинственно и многообещающе.
- Конечно, я бываю при дворе, - обронила она так, словно это было что-то само собой разумеющееся. Не только Морнэмир умел пускать пыль в глаза. - И если мы с господином Виэлем еще там не встречались, так исключительно потому, что он человек... прощения прошу! эльф здесь новый, - глаза Изабель смеялись. - И несмотря на всю скорость обучения, еще не всем был представлен...
Рене интересовали деньги. Ее тоже интересовали деньги - но эльфы еще более.
- Мы с радостью проводим вас по городу, - она неторопливо, как кошка, потянулась и взяла еще кусочек хлеба с сыром. Отпила вина, облизнула губы, краем глаза заметив, как голодно сглотнул мальчишка-эльф. - А что до места встречи... неподалеку от замковых стен есть парк. С чудесными каштанами, они как раз цветут весной. В центре парка растет двухсотлетний дуб - подумать только, скольких королей он повидал на своем веку, - Изабелла стрельнула взглядом в нахохлившегося эльфа, будто ее слова каким-то образом оскорбили его возраст. - Вот там и предлагаю встретиться для обсуждения... вознаграждения.
Она плеснула рукой по воде - и поднявшиеся над поверхностью ручья капли ответили звонким перезвоном монет, будто чародейка встряхнула кошелек с золотом.
Дразнить эльфа ей нравилось.

+2

19

-  Я знал, что господин эльф здраво оценит себя и свою жизнь, - усмехнулся одними уголками губ Рене. – И, несомненно, оценит высоко, поэтому и расценки ведьмачьи тут будут соответствующими рангу. Вы ж не низшая раса, как какие –то гномы, да и не простолюдин! Думаю, низкая цена вас бы обидела, так что сделаем все по высшему уровню, - он озвучил сумму, подняв планку сильно вверх. Раз мальчишка так задирает нос, то и платит пусть по полной.
Вот только придет ли Виэль к тому дубу, что упомянула Изабелла? Это еще предстояло проверить. Но даже если обманет, Рене был рад, что хоть какой-то улов у него от стычки с куролиском уже стопроцентно есть.
Когда с перекусом было покончено, ведьмак помог раненому мальчишке взобраться на коня, а после они с Изабеллой проводили эльфа до столицы – прямо до замковых стен. Дальше Рене не поехал – распрощался и направился прямиком к знакомому алхимику, чтобы сбыть вонючий товар – запашок от мешков с добычей быстро разлетался по улице, и прохожие смотрели на ведьмака с явным неодобрением, так и намекая: «Шел бы ты, парень, помыться!».

***

К указанному дубу Рене вернулся уже вечером. Товар он удачно продал, так что был при деньгах. Заодно успел и ванну принять на вполне приличном постоялом дворе, и переодеться, и перекусить. Кровью от него теперь не разило, но перекусить и выпить он был бы рад и еще раз. И лучше вместе с Изабеллой, так что чародейку он ждал в весьма приподнятом настроении.
Ждал ли Виэля?
Вопрос был весьма спорным. Рене хотелось бы думать, что парень не обманет, но он мало кому доверял, а доверять эльфу -  вообще дело последнее. Единственное на что рассчитывал – на чрезмерную гордость остроухого. Насколько он успел заметить в лесу, мальчишка был помешан на манерах, чести и благородстве, даже не смотря на свойственное почти что всем эльфам высокомерие. Как он еще жив-то такой до сих пор? Так что слово свое он должен был держать, насколько понял его натуру ведьмак. Но Рене никогда не слыл отличным чтецом чьих либо душ, так что вполне мог и ошибиться.
А тогда и денег не видать.
Но если не видать… то хоть с Изабеллой можно встретиться и провести вечер вместе.
Солнце еще не успело скрыться среди ветвей высоких каштанов. Рене присел на одну из мраморных скамеек возле небольшого фонтана и принялся ждать, от нечего делать наблюдая за голубями, воркующими на дорожке. С виду он теперь вовсе не напоминал ведьмака, если особо не присматриваться и в глаза не заглядывать – обычный горожанин, решивший прогуляться вечером. Возможно, чей-то охранник или бывший вояка – один меч на поясе он все же оставил. Второй, серебряный, свою замызганную рабочую куртку, лошадь и все пожитки отдал на хранение все тому же алхимику, пообещав забрать утром.
А до утра…
До утра у него было еще много планов.

+2


Вы здесь » SARGAS » Настоящее » [22.04.1121] Клинки, зверьё и чувство долга


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно