02/05 Новый выпуск новостей! 30/04 Обновлен дизайн!
Best post by wilhelm forz
Таулер это, Таулер то. «Я обсужу это с леди Таулер». «У леди Таулер встреча с принцем». «Леди Таулер поручено…» Вильгельма начинало подташнивать от одного упоминания новой придворной чародейки. Для него Аннабель была приветом из прошлого, которое он изо всех сил пытался забыть. А тут вот как. Старик про него вспомнил. Старик решил организовать ему «достойную отставку». Надо ли говорить, что подобное положение дел до возмутительного не устраивало Форца? Все мелкие и неважные поручения были переданы Таулер, а все важные и срочные Вильгельм, как и полагается человеку дальновидному, уже разрешил. Король почти отмахнулся от него, когда Вильгельм заговорил о небольшой поездке, и эта отмашка почти вывела его из себя, едва не продемонстрировав всю силу своей ненависти к монаршему идиоту. читать далее...
администрация:
AylaThijmenRekhema

SARGAS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SARGAS » Архив эпизодов » [10.07.1019] Красавицы и чудовища


[10.07.1019] Красавицы и чудовища

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

— Красавицы и чудовища —
https://forumupload.ru/uploads/001a/ae/83/102/817864.gif https://forumupload.ru/uploads/001a/ae/83/102/33230.gif

10.07.1019, Антарес, Химринг
Rene || Isabella Taren
По дороге в столицу Изабелла находит раненого ведьмака и решает спасти ему жизнь. Для разнообразия.

Отредактировано Isabella (17.04.2022 19:21:59)

+1

2

Погода была преотвратная для середины лета: студеная, ветреная, да еще и приукрашенная сверху мелким моросящим дождем. Нарядная повозка, вся испачканная грязью, подпрыгивала на колдобинах, то и дело чавкала колесом по раскисшей дороге. Кучер, до самых глаз натянувший капюшон, хрипло покрикивал на лошадей, а госпожа чародейка мрачно тряслась внутри, как горошина в стручке или жук в коробочке.
И почему только волшебницы до сих пор не летают, как птицы?
Нет, ее более опытные коллеги-чародейки, конечно, могли и порталами путешествовать, где вздумается, но это искусство, доступное единицам. В такие моменты Изабелла кисло думала, что стоило бросить все это и остаться в теплых стенах Торвер Вельда, продолжать обучение.
И загибаться от скуки и однообразия.
Ну уж нет. Очередная неудача еще ничего не значит. Что-то там про лягушку, сбивающую молоко в масло, и имя, которое первые полсотни лет делаешь ты, а вторые полсотни лет оно работает на тебя. Она никогда не любила все эти псевдомудрые высказывания.

***
Бал у очередного из ее покровителей, барона де Вартена, удался на славу. Прелестная белокурая чародейка блистала изо всех сил, очаровывала серебристым смехом, покоряла взмахом ресниц и творила прочие подвластные только женщинам чары... ровно до тех пор, пока из своих покоев не явилась жена барона. Тогда и выяснилось, что чары денег и громкого имени имеют куда больший вес, чем заклинания юной чародейки и ее же глубокое декольте.
Мы непременно увидимся вновь, дорогая... жить без тебя не могу... напишу тебе сразу же, как окажусь в столице... уже считаю дни нашей разлуки...
Сволочь!
Будь она хотя бы такой же знатной, как этот надутый индюк - никто и слова не посмел бы пискнуть в ее сторону. Единственная месть, на которую оказалась способна разобиженная Изабелла - испортить все поданное к столу вино незаметно пущенными чарами-проклятьем и покинуть зал с гордо поднятой головой.
Ночь у вас всех точно будет веселой.

***
- Ну и погодка, не так ли?
Да еще этот болван на козлах! Изабелла поджала губы, стекла по сиденью чуть ниже, не заботясь о том, чтобы не помять великолепное, отороченное кружевом платье, и сделала вид, что ничего не расслышала.
- Погодка, говорю, отвратительная, гспжа! - еще громче крикнул тот, хотя она прекрасно слышала всю дорогу и его мычание, и бормотание себе под нос, и даже (во имя всех богов!) попытки петь.
Она снова не ответила.
- Вот кабы мог бы я быть магом, да кабы взял да разогнал эти тучи обратно к Виде, чтоб им... - продолжал разглагольствовать извозчик, и Изабелла не выдержала:
- За дорогой следи! - сквозь зубы приказала она. Не объяснять же всяким сиволапым тонкости образования погоды! Если бы да кабы маги и чародейки пуляли дождевые тучи и циклоны из одного герцогства в другое, неразбериха образовалась бы такая, что никому не показалось бы мало.
Некоторое время ехали в благословенной тишине, нарушаемой лишь конскими всхрапами да скрипом колес.
- А еще кабы был бы я магом... - снова начал ее излишне болтливый кучер несколько минут спустя.
Изабелла собиралась было всерьез показать ему, что было бы, кабы был бы он магом, но тот внезапно вскрикнул:
- Вооу! - и натянул поводья.
Повозка встала, госпожу магичку качнуло вперед так, что она едва носом вниз не сунулась.
- Ну я тебя... - прошипела Изабелла, распахивая дверь и высовываясь наружу. - Чего встал?!
- Дык это... мужик на дороге валяется, гспжа! Мертвый, похоже.
- Какой еще мужик?! - Изабелла брезгливо ступила расшитой туфелькой на дорогу, сощурилась.
Действительно на дороге лежало тело. И пахло от него - кровью.

Отредактировано Isabella (18.04.2022 10:50:04)

+2

3

Заказ выглядел простым – староста одной деревеньки заявил, что на местном кладбище объявился гуль и просил его уничтожить. Местные уточнили, что не один, а два или три. Но даже три гуля обученному ведьмаку были нипочем, так что Рене с легкостью согласился местное кладбище очистить от трупоедов, а заодно и цену поднял повыше. Раз там не один монстр, а три, то и оплата должна была быть за троих. Деревня большая, богатая, так что скинуться по мелочи с каждого двора – ни у кого особо не убудет.
  Местные, конечно, для вида помялись, но согласились. Рене ударил по рукам со старостой и отправился на облюбованное гулями кладбище – огромное, старое, местами уже поглощенное ближайшим лесом. И вскоре убедился, что местные не ошиблись – трупоеды тут действительно водились. Прятались в полуразрушенном склепе, но вылезли на свет, стоило потревожить их покой. И было их не три, а пять.
  Рене хмыкнул, доставая серебряный меч, но решил, что справится и с пятью. Главное – не дать себя окружить, а ловкости и сноровки, чтобы не подставиться под зубы и когти у него хватит. А еще Аксий в помощь – и вот уже один из гулей, а за ним и второй нападают на своих же собратьев.
  Но если сноровки и отваги Рене хватило с лихвой, то практического опыта явно не доставало. Связавшись с пятеркой монстров, он вовсе не учел, что на кладбище они могут быть не единственными смертоносными тварями. Он успел убить троих, когда из-под земли выбрался альгуль. Тварина пряталась до поры, до времени и выпрыгнула из своего убежища прямо за спиной ведьмака. Врезалась в него тараном, сбивая с ног, полоснула когтями, откидывая в сторону.  За ней с новым азартом набросились на врага и обычные недобитые гули.
  Рене отлетел в сторону, выронив меч и ударившись о каменное надгробие соседней могилы, ткнулся лицом в землю, и едва успел развернуться, чтобы полоснуть ножом прыгнувшую на него тварь и откинуть Аардом следующую. Этого хватило, чтобы нащупать валявшийся на земле меч, но зубы гулей тут же вонзились в молодого ведьмака, заставляя уже его самого взвыть от боли подобно раненым монстрам.
  Как он отбился, Рене помнил с трудом. Аксием нейтрализовал на время альгуля, и кое-как добил остальных. После разобрался и с главным, но силы его были уже на исходе. Обычный человек бы давно покинул этот мир, ведьмак же держался лишь за счет выпитых до боя эликсиров. Кровь из рассеченного лба застилала глаза, голова кружилась, все тело ломило, но больше всего ныл бок, где прошлись острые и длинные когти альгуля. Тут было уже не до трофеев – добраться бы до деревни, перевязать раны и отлежаться.
  И награду получить. За альгуля явно можно было еще выше накинуть цену.
  Но тут судьба подложила Рене свинью во второй раз. Если с утра дождь моросил лишь слегонца, да и то непостоянно, то сейчас небо потемнело окончательно и разразилось настоящим ливнем. И с больной головой ведьмак совсем потерял ориентацию в пространстве – свернул в лесу за кладбищем вместо дороги к деревне куда-то в сторону. Он хорошо помнил, что деревня раскинулась через поле за небольшим пригорком, но гребаного пригорка все не было и не было.
  Бок болел все сильнее, кровь струйкой сочилась сквозь пальцы, как бы ни старался Рене зажать рану. Туман перед глазами сгущался все больше, и теперь деревья вокруг казались настоящим лабиринтом. Раньше он бы и не подумал, что можно реально заблудиться в трех соснах, но вот угораздило…
  Путь его оборвался внезапно. Свет просто померк окончательно, и Рене сам не почувствовал, как осел на землю, потеряв сознание. На какое-то время все вокруг остановилось… и запустилось заново, когда издалека донеслись чьи-то слова:
  — Дык это... мужик на дороге валяется, гспжа! Мертвый, похоже.
  То, что это про него, Рене, конечно же, не понял. Понял лишь то, что рядом есть люди.
  А значит и помощь.
  Надо было лишь попросить.
  Он попробовал встать, но лишь немного приподнялся и шлепнулся обратно в дорожную грязь – настолько сильно ослабели руки и ноги. Попросить помощи тоже не получилось: Рене лишь мыкнул нечто нечленораздельное - большего не осилил.
  Поохотился он в этот день, выходит, так себе – и денег не получил, и сам подыхает в грязи…
  Теренс смеяться будет, когда узнает.
  На этой печальной ноте сознание Рене вновь решило улетучиться, видимо, чтобы ведьмак не изводился мыслью, какой он все-таки неосмотрительный дурак.

+2

4

Он был весь в крови - одежда пропиталась темным, и на мокрую дорогу под ним также натекло. Услышав их голоса, мужчина попытался приподняться, но не смог. Простонал что-то и вновь потерял сознание.
- Ох ты ж, бедолага! - возница потянулся было к парню.
- Осторожнее! Не трогай... - окрикнула Изабелла, но тот уже перевернул раненого на спину. И охнул вторично.
Даже с такого расстояния волшебница видела, что плотная кожаная куртка на боку парня была продрана насквозь - три длинные косые полосы, словно от удара острыми когтями. Высокий сапог тоже был прокушен в двух местах, лицо было все в грязи из-за глубокого пореза на лбу. Звякнул покрытый пятнами крови короткий меч.
Серебряный.
- Батюшки-светы... - снова всполошился провожатый Изабеллы севшим голосом. - Да это же...
- Ведьмак, - закончила за него магичка.
Ведьмак, подранный монстром. Таким монстром, который едва не отправил на тот свет его самого - и, к слову, все еще может быть жив.
- Надо скорее убираться отсюда, гспжа! - возница вскочил на ноги, но она остановила его.
- Стоять! - в голосе прорезались властные нотки. Чародейка она, черт раздери вас всех, или где?! - Бери его и тащи в повозку.
- Дык ведьмак же...
Именно что, тупица ты эдакий!
- Тащи в повозку, - Изабелла опустила руку в карман, достала сверкнувшую серебром монетку, бросила вознице. - Довезешь до города поскорее, дам еще.
Тучи сгущались, обещая новую атаку ливня.

***
На взгляд Изабеллы, это был достаточно захудалый трактир, мимо которого в любое другое время она прошла бы, лишь слегка сморщив нос. Слишком шумно, людно, суетно и неподобающе для ее положения.
Но раненому ведьмаку выбирать не приходилось. В повозке он так и не очухался, и Изабелла, ругаясь себе под нос, осмотрела его раны.
Хреновы были его дела. Она достаточно не прогуливала монстрологию в Торвер Вельде, чтобы понять, что сцепился он с трупоедами. И даже хваленая ведьмачья регенерация могла и не справиться с трупным ядом.
А у нее с собой и не было-то ничего, кроме роскошного платья да кошелька. Ни заготовок, ни зелий, ни трав, чтобы их сделать.
Первой же заботой в "Деревянной мыши" она погнала трактирных служек за кипяченой водой, спиртом и травами - на сложные не надеялась, уж хоть какие-то. Сама же распахнула на бредившем парне подранную одежду и приступила к исцеляющему ритуалу.
Говорят, магам воды подобные всегда даются проще. На взгляд Изабеллы - чушь. Она вся взмокла, останавливая кровь и заговаривая раны на его боку и ноге, а ведьмак, на его счастье, даже не шелохнулся. И почти уже не вздрагивал под воздействием ее магии.
Но к тому моменту, как она закончила - он все же был жив.
- Должен будешь ох как много... - выдохнула магичка в пустоту. Он все равно бы не услышал.
Для ведьмака он был как-то слишком молод. Она слышала, будто их старение замораживается во времени - в точности как и у самих чародеев, - но молодость этого убийцы чудовищ бросалась в глаза. Симпатичный - темноволосый и смуглый, будто уроженец юга. Был бы еще не так грязен...

+1

5

Ему не снилось ничего связного, - скорее, бред, чем сон, - в голове мелькал лишь хоровод картинок и образов, знакомых и не очень. Теренс, трупоеды, недавний староста и совсем не пойми кто – все они падали в красный туман и менялись местами, то появляясь, то исчезая. Что им было нужно? Что-то нужно, но Рене не помнил, что именно, и так этого и не узнал, в итоге провалившись в сон без сновидений, глубокий и темный, как безлунная декабрьская ночь.
  Очнулся, когда солнечные лучи уже вовсю лезли в приоткрытое окно, и никак не мог сообразить, где он есть и как сюда попал. Взгляд выхватил покрытый трещинами потолок, беленые стены, окно с яркой занавеской, отдуваемой ветром из приоткрытой створки. Определенно, раньше этой комнаты Рене никогда в своей жизни не видел. Но тогда что он тут делает?
  Он приподнялся, осматриваясь уже внимательнее. Болела голова, губы пересохли и жутко хотелось пить. Но все это отошло на второй план - на первом остались вопросы, кто уложил его в постель и перевязал… И тут мгновенно вспомнились и трупоеды, и то, как он брел под дождем через нескончаемый лес, а следом и потревоженные раны заболели сильнее. Пришлось вновь откинуться на подушку, чтобы отдышаться и собраться с мыслями.
Значит, он убивал гулей. Убил? Вроде бы, убил. А потом направился в деревню…
  Как он пришел туда, Рене не помнил, но, вероятно, в этой деревне он и был. Как она там называлась? Малая Лукка. Если не в ней, то и быть больше негде.
  Он попробовал приподняться второй раз, - на столе у окна стоял кувшин, вероятно, с водой или вином, и добраться до него хотелось все сильнее. Но откинув покрывало, Рене пришлось констатировать, что вся его одежда (бинты не в счет) исчезла неведомо куда – на шее остался болтаться лишь один ведьмачий медальон. Он окинул комнату взглядом в ее поисках, но так и не нашел. Зато на лавке у стены лежали ножны, оба меча и сумка. Ну хоть что-то! В сумке оставались эликсиры… По крайней мере, Рене надеялся, что их никто, как одежду, не спер. 
  Он спустил ноги на пол и осторожно встал. Мир качнулся перед глазами – пришлось сесть обратно. Повязка на бедре пропиталась кровью, но та уже подсохла, а значит, рана, если и кровоточила, то несильно. С боком оказалось сложнее – болел, зараза, при каждом движении, и Рене понятия не имел, что там с раной под повязкой. Вроде бы, сильно не кровила, но если зашита, то следовало все равно быть осторожнее, чтобы ничего не разошлось – слишком мало времени прошло для хоть какой-то надежной регенерации.
  И тут до Рене дошло, что он и про время ничего не знает. Все еще вечер или уже ночь успела промелькнуть? Он посмотрел на приоткрытое окно и решил, что кроме кувшина и сумки ему надо будет все же и на улицу выглянуть.
  А значит, пора сжать зубы и вставать.
  Так он и сделал. Поднялся снова и на этот раз доковылял до стола. Оперся одной рукой о столешницу, другой ухватил кувшин, - благо с водой! – и жадно принялся пить, словно год воды не видал.
  Замер, когда с коридора донеслись легкие быстрые шаги, и дверь со скрипом отворилась, пропуская в комнату богато наряженную белокурую девицу.
Она прошла внутрь по хозяйски и прикрыла дверь за собой.
  Рене малость оторопел, склонил голову на бок, соображая, что делать, и не придумал ничего лучшего, как скромненько сесть на стул возле стола. Девчонка была молодая и хорошенькая. И явно богатая. А он тут перед ней с голой жопой! Не то чтобы Рене был слишком стеснительным, но знакомиться он предпочитал все же не в столь глупом виде, в каком находился сейчас.

+1

6

Спала она в эту ночь ужасно - давно уже Изабелле Тарен не приходилось ночевать на таком тощем матрасе, из которого, к тому же, того и гляди выскочит какая-нибудь кусачая дрянь. А уж сколько денег и сил потратила на этого парня - и того страшнее вспоминать.
А он, засранец, даже не думал приходить в себя.
Впрочем, не с его ранами - скорее, она удивилась бы, если б он очнулся до ночи.
Она промыла, зашила и перевязала укусы и глубокие царапины на его теле, бесцеремонно покопалась в его сумке - ведьмаки наверняка имеют при себе зелья, уж в их изготовлении они мастера. Один из эликсиров, состав которого ей был точно знаком, выпоила ему - покрытое щетиной горло парня рефлекторно дрогнуло, проглотив зелье.
Ну вот и все. Чем еще она могла ему помочь?
А главное - зачем во все это ввязалась?
Не ввязалась бы, будь он старым нищим бродягой без роду-племени, шепнул внутренний голос. Но он был ведьмаком. И был слишком молод, чтобы так просто умереть.
Жизнь была несправедливой, и кому, как не Лиззи из Виды, было знать об этом?

***
Первым, что она увидела, войдя наутро в комнату своего подобранного больного, была голая задница ведьмака, стоявшего спиной к дверям.
Весьма, следует признать, неплохая задница. Мускулистая.
Изабелла остановила на ней демонстративный взгляд, и хозяин задницы аккуратно опустился на стул, недоуменно таращась на чародейку. Та вздернула уголки губ в улыбке, подняла глаза на его лицо - все еще бледное, но уже вполне осмысленное. Закрыла дверь.
- Рано вскочил, - она прошла в комнату, шурша длинным подолом неуместного для этой жалкой таверны бального платья. Слегка помятого во всей этой суматохе, ну да и бес с ним. - Тебя слишком хорошо подрали. Кто это тебя так? Трупоеды?
Она не спрашивала о его ведьмачьей принадлежности - это и без того было понятно по двум мечам и медальону, хотя прежде чародейка никого из их братии не встречала.
- Изабелла, - представилась она, положив его кое-как отчищенную и зашитую служанкой одежду на кровать и остановившись у окна. - Ты, кстати, можешь одеться. Я даже отвернусь. Если хочешь, конечно...

Отредактировано Isabella (20.04.2022 10:07:39)

+1

7

- Они самые, - машинально ответил Рене на вопрос. – Гули.
И прищурился, рассматривая свою посетительницу. Вела она себя по-хозяйски, да и одежду принесла, значит как-то к всему случившемуся причастна. И то хорошо – хоть добавит немного ясности в ту кашу, что царила в голове ведьмака.
- Меня зовут Рене, - представился он, поднимаясь. – Ведьмак. Но думаю, вы это заметили, - можно было не обратить внимания на глаза, но медальон уж точно болтался на виду, и Рене догадывался, что девица точно знала, кто перед ней.   
Голову вновь понесло, пришлось опереться рукой о стол, дожидаясь, пока мир перестанет качаться. Изабелла была права – поднялся с постели он все же рано.
– Хоть отворачивайтесь, хоть так стойте, - продолжил ведьмак, подражая наглому поведению своей посетительницы: раз уж она не стеснялась, то и ему пасовать было незачем. – Вряд ли что новое увидите, что еще не видели.
Излишней скромностью Рене никогда не страдал. Голышом, впрочем, тоже почем зря не бегал, но что уж теперь? Раз пришлось, то пришлось. Он справился с головокружением и дохромал до кровати, где была сложена стопка его одежды.
- Изабелла, кто вы? Одно имя – слишком мало, чтобы понять, что в этой дыре забыла такая нарядно разодетая дама, - Рене надел заштопанную рубаху, отметив, что девица так и не отвернулась – наблюдала с интересом, как за ручной зверушкой, что водят с собой по улицам бродячие актеры. – И кстати, как я вообще сюда попал? Последнее, что помню, - лес, лес и еще раз лес... Мы же в Малой Лукке?
Последнее уточнил, скорее, ради порядка – сам в этом не сомневался. Где ж ему еще-то быть? Малая Лукка – ближайшая деревня к распроклятому кладбищу, что облюбовали трупоеды. И надо теперь одеться и выяснить, собирается ли староста платить за их выселение. Жаль, сам к нему дойти ведьмак был пока не в силах - он вполне четко это понимал.
Сжав зубы, Рене взялся за штаны, – бедро распухло и натянуть их получилось с трудом, - и устало опустился на постель. Все силы, что успели накопиться, пока спал, уже израсходовались напрочь - не то что ноги не держали, но даже руки начинали дрожать.
- Гулей оказалось больше, чем мне сказали, да и не одни гули там прятались. Передайте это старосте, - попросил Рене, вновь обернувшись к Изабелле. В одежде он все же чувствовал себя увереннее, так что решил немного покомандовать, ведь их деревня многим была ему обязана после очистки кладбища. – Я вряд ли до него сейчас дойду, так что пусть несет сюда свою тощую жопу сам. А заодно и деньги прихватит. Если не верит, пусть сходит трупы тварей проведает – мне их убирать было некогда, сами понимаете.
Ему было интересно, кто его вообще подлатал, но спрашивать Рене не стал – решил дождаться, пока Изабелла все расскажет сама. В конце концов, она должна была хоть что-то объяснить, раз уж пожаловала в комнату.

Отредактировано Rene (20.04.2022 20:50:51)

+1

8

- Ведьмак Рене, значит... просто Рене? Ни фамилии, ни громкой истории? - она улыбнулась, когда он явно взял себя в руки, справившись с первой растерянностью.
Не только симпатичный - но и тот еще зубоскал. А мог бы быть и повежливее со спасительницей-то!
С другой стороны, Изабелла Спасительница Ведьмаков звучит не очень. Большая часть нормальных людей отнеслась бы к нему точно так же, как к полураздавленному телегой мутанту - прошли бы мимо, да еще и шагу бы прибавили, чтобы не коснуться, не привлечь неудачу, не оказаться замешанным в делах с ведьмаками.
Тело его было исполосовано старыми, давно зажившими шрамами - новые, свежие, выделялись на бледной после лихорадки коже яркими пятнами под повязками. Впрочем, для матерого ведьмака шрамов было маловато - на это она обратила внимание еще накануне, пока его перевязывала. Он совсем не смущался - а она не перебивала, разглядывая его с легкой полуулыбкой на ярких губах, пытаясь заодно сопоставить то, что известно ему, с ее собственной картиной произошедшего.
И лишь когда он окончательно обнаглел и принялся командовать - скрестила руки на груди и усмехнулась с заметным вызовом.
- Нет, Рене, это не Малая Лукка, и здесь тебе никто за гулей не заплатит. А я бегать к каким-то там старостам тем более не собираюсь, - она дернула уголком рта, показывая все свое отношение к роли девочки на побегушках. - Я Изабелла Тарен из Торвер Вельда, чародейка. Это я тебя нашла на дороге и велела притащить сюда, в Дутон, в таверну... - она задумалась, вспоминая это дурацкое название, - ..."Деревянная мышь", вот. Я же и зашила, и обработала раны, так что не пускай мой труд насмарку и лежи лучше тихонечко.
Она обошла кровать и встала теперь перед ним, разглядывая с высоты своего роста и с еще большим любопытством.
- Я никогда прежде не встречала ведьмака. Можешь считать, что мне стало интересно, и что я вообще не слишком люблю, когда молодые симпатичные мужчины умирают на дорогах...

+1

9

Он на несколько минут замолчал, обдумывая все, что узнал, малость огорошенный теми сведениями, что свалились на голову. Так значит, это вовсе не Малая Лукка, а Дутон – нищая дыра, что он видел по пути пару дней назад. Тогда он даже не подумал, что здесь есть таверна - слишком уж захолустной выглядела деревенька, - и сейчас пытался найти объяснение, как угораздило сюда вообще попасть, если Дутон располагался в противоположной стороне от Лукки.
- Видимо, я все же вышел на дорогу, и вы меня подобрали… - итог своим размышлениям Рене все же подвел вслух.
Чародейка, значит, из Торвер Вельда…
Что ж, потихоньку все вставало на свои места, вот только обещанные старостой деньги теперь находились хрен знает в какой дали, и добраться до них в том состоянии, в котором находился, ведьмак никак не мог.
- Спасибо, Изабелла Тарен, - произнес Рене с полной серьезностью. – Значит, теперь я обязан вам жизнью. Или... насколько сильно меня поцарапали? – собственных ран под повязками он еще не видел и мог лишь догадываться, насколько все плохо.
А ей интересно, и она не встречала ведьмаков…
- И как впечатление? Ну, от живого ведьмака? – Рене склонил голову на бок, сидя на постели, пока чародейка демонстративно его рассматривала. Не выдержал серьезности усмехнулся.
Когда-то давно, в далеком детстве, когда он только попал в Школу Змеи, то думал, что вот вырастет, и все вокруг будут его пугаться только от того, что ведьмак. Ведь в его деревне так и было – как ведьмак заворачивал, все плевались за его спиной, но слово поперек сказать не смели. Рене думал, что и с ним самим будет также – одним своим видом он будет внушать ужас и сеять панику. Но вот он вырос, повзрослел, даже шрамами обзавелся, но никто от его вида в панику не впадал – не боялись, и все тут!
«Да кто тебя бояться будет с твоей смазливой физиономией? – смеялся над ним Теренс. – Вон глянешь на других – суровы как скала! А тебя только обнять и плакать. Даже монстры, поди, по своему, по монстрячьи, ржут, когда тебя встречают. Научись хоть морду хмурую делать, а то никто всерьез воспринимать не будет». 
Рене на такие его слова злился, но Теренсу подкалывать дальше своего ученика это не мешало.
Вот и сейчас молодой ведьмак подозревал, что Изабеллу его вид ничуть не пугал, а скорее веселил. И что тут поделаешь?
- А был бы старый и страшный, вы б меня не подобрали и не подлечили? – поинтересовался он у чародейки. – А раз так, то зачем вам моя фамилия и история? Все равно бы я их там, на дороге, не сказал. А сейчас они и ни к чему.
Фамилия у него была, но он ее давно не вспоминал, а вот на историю еще надо было работать и работать.

+1

10

Смотрел он недоверчиво, настороженно, даже когда сопоставил все факты. Только раз усмехнулся - по всей видимости, смеяться ведьмак привык куда чаще, чем хмуриться, его лицу это шло. Но ей он все равно не доверял.
Неужто думал, что она тут же отволочет его в Торвер Вельд и сдаст на опыты? Или зачем, как он думал, она вообще его спасала - денег стрясти с нищего ведьмака, которому и свои кровные-то теперь придется выбивать в захудалой Малой Лукке?
- Ну, в общем-то да, от таких ран ты бы умер, - напрямик сообщила Изабелла. - Будешь менять повязки - сам посмотришь, мне-то ведь лгать ни к чему. Ну, может, какой-нибудь добродетельный крестьянин бы тебя спас, но это не точно...
Это его, похоже, не успокоило.
— И как впечатление? Ну, от живого ведьмака?
Изабелла прошлась туда сюда, разглядывая его с преувеличенным вниманием. Склонила голову набок - так же, как и сам Рене. Улыбнулась - по-девчоночьи лукаво.
- Ну вообще нам рассказывали, что ведьмаки - сами те еще мутанты, и в них куда больше от чудовищ, чем от людей. Что они способны наслать понос и заставить скиснуть молоко одним своим взглядом. Что они забирают детей и пытают их в своих заброшенных лабораториях. Но рассказывали и другое...
Она снова остановилась напротив Рене.
- Что они помогут там, где любой другой спасует. И что чтят заветы Предназначения. И что только они спасали людей в час отчаянной нужды, когда впервые возникла необходимость в них. Но я пока все еще не знаю, чему верить. Ты, Рене, вовсе не похож на того, от чьего взгляда молоко скиснет. Но и на мрачного убийцу, от одного вида которого чудовища разбегаются, тоже не похож. На обычного человека - похож. Больше всего, кстати.
— А был бы старый и страшный, вы б меня не подобрали и не подлечили?
- Кто знает? Ты же в итоге оказался не старым и не страшным, так что теперь нам никак это не проверить, - пожала плечами Изабелла. - Разве что еще лет через пятьдесят...
– А раз так, то зачем вам моя фамилия и история? Все равно бы я их там, на дороге, не сказал. А сейчас они и ни к чему.
Она расправила юбки и опустилась на жалкий деревянный стул напротив него.
- История мне для того, что я вообще обожаю истории. И уж коль скоро мне придется здесь на несколько дней задержаться (из-за тебя, между прочим! не думаешь ли ты, что в "Деревянной мыши" тебя держат из чистого альтруизма хозяев, пока не поправишься?), то интересные истории - лучшее, что может скрасить это время ожидания. А у кого этих историй больше, чем у ведьмака? Так что предлагаю сделку, - Изабелла чуть подалась вперед, - по одной истории каждый вечер. Только, чур, интересной! Согласен?

***
Подходил к закату четвертый день в захолустном Дутоне, и Изабелла поймала себя на том, что с предвкушением ждет очередной вечер. Из всех людей этого злосчастного поселения только Рене оставался тем, с кем ей было действительно приятно поговорить.
И слово свое он держал, исправно поставляя ее нетерпеливому любопытству все новые байки. Даже если он и сам их выдумывал - это не слишком-то ее занимало. Главным было другое.
Главным был медленно угасающий день и трепетавшее пламя свечки, постепенно остававшейся единственным источником света в замызганной комнатушке.
Главным был его неспешный, обстоятельный рассказ и хрипловатый смех, когда она переспрашивала детали или сама начинала смеяться какой-нибудь шутке.
Главным было то, что Изабелла действительно радовалась этим байкам. Они напоминали ей далекое детство, когда сказки оставались единственным для бедолаги-Лиззи способом узнавать что-то новое и вырываться хотя бы на какое-то время из собственной безрадостной жизни.
Сейчас она в любой момент могла встать и уйти, и оказаться там, где только пожелает. Но по странной причине желала оставаться здесь.

+1

11

Наверное, никогда еще Рене не отлеживался после ранения с таким комфортом – поили, кормили, да еще и хорошую компанию составили. И хоть поначалу не слишком ловко было валяться в постели при Изабелле, потом он вошел во вкус – подчас даже страдал малость сильнее, чем положено, только чтобы Изабелла посидела рядом. Получалось совсем по-домашнему: чародейка приносила вино и закуски и садилась рядом, пока Рене плел ей байки про различных монстров и то, как лихо он спасает от них обычных, попавших в беду, обывателей. Что-нибудь забавное или, наоборот, жуткое. Привирал, конечно, ради красного словца, но ведь если не приукрасить, то ни один рассказ не был бы так хорош и интересен, чтоб можно было заслушаться.
Иногда Рене задумывался, почему Изабелла не уехала по своим делам и не оставила отлеживаться его одного, но ответы, что лезли ему в голову, казались настолько глупыми, что он решил оставить свои догадки. Не уехала – и ладно. Ему же веселее и приятнее.
Малость раздражал только местный трактирщик – заглядывал иногда, узнавал, как здоровье, и всячески намекал, что ведьмаку в своей таверне он совсем не рад.
- Постояльцы у меня пугаются, когда узнают, что под одной крышей ночевать приходится, - ныл он.
- Так ты не говори, - пожимал плечами Рене. Ехать куда-то с незажившими ранами ему совсем не хотелось.
- Я-то молчу, но кто-нибудь из местных все равно проговорится…
- А им какое дело?
- Как какое? Боятся, что вы, господин ведьмак, сглазите их, или проклянете, или несчастье приведете за собой в нашу деревню. Или монстр за вами придет какой-нибудь и пожрет тут всех, - видно было, что мужик ведьмака боялся и старался держаться вежливо, но при этом выселить подозрительно опасного постояльца из своего заведения трактирщику хотелось очень сильно, так что даже через свой страх он смог переступить.
- Так ты веришь в эту ерунду? – Рене хоть и знал подобные байки, все равно каждый раз возмущался, как слышал.
- Ну-у… - мужик почесал черную бороду и отвел взгляд. – Не верю, но кто ж знает-то…
- Вот и иди отсюда, пока не сглазил на самом деле, - закруглял с ним разговор и вытуривал из комнаты ведьмак.
Но все же Рене понимал, что так долго не продлится – раз боятся его в таверне, то надо будет съезжать, как только рана позволит. Иначе сдохнет в округе от старости какая-нибудь коза или забулдыга отравится дешевым самогоном – тут же местные в таверну примчатся с вилами, мол, ведьмак виноват – порчу и на козу, и на мужика навел, или еще что-то подобное сделал.

***

Так за ведьмачьими байками и спорами с хозяином таверны пролетели четыре дня.  На исходе четвертого, как обычно, пришла Изабелла, расположилась за столом и зажгла свечи. И Рене поведал ей очередную историю, усевшись за стол напротив – чувствовал себя он уже намного лучше.
- …прихожу я, значит, к этой бабке, а она яйцо василиска под свою курицу запихала и с умным видом мне говорит: «Это моя Хохлатка снесла», - он лениво потягивал вино, также лениво поглядывая краем глаза на шикарный вырез платья чародейки. – Я ей: «Бабуль, такое яйцо в твою Хохлатку не влезет, зачем врешь? Хохлатка на нем сверху как шапка сидит». А она уперлась и слушать не хочет. Тогда предлагаю, мол, давай, бабуль, опыт проведем: если я это яйцо в твою курицу затолкаю, то поверю, что она его снесла, и еще одну Хохлатку куплю, а если ее порвет, то яйцо явно не куриное, и я его себе заберу, чтобы монстров в деревне не плодить и соседей не пугать. Бабка на меня глаза выпучила, челюсть отвесила, а потом сгребла свою куру в охапку и орет: «Забирай свое яйцо, и чтоб я тебя не видела больше». Ну и еще пожелала, чтоб меня утопцы уволокли. Добрая старушка, в общем, - Рене весело рассмеялся, а затем предложил Изабеллле. – Расскажи и ты что-нибудь, а то все я да я. Наверняка, у чародеев тоже забавных случаев немало случается.

+1

12

Она с удовольствием вознаградила его рассказ серебристым звонким смехом. В обществе Рене, когда он оттаял от своего сумрачного недоверия и осторожности, смеяться оказалось легко и просто. А Изабелла любила людей, с которыми было легко и просто.
- Я? Из меня так себе рассказчик, не чета тебе, господин ведьмак! - она лукаво улыбнулась и сделала еще несколько глотков из грубой глиняной кружки. Вино было слабеньким, яблочным, кисло-сладким, но его вполне хватало, чтобы развязать языки. - Ну да ладно...
Чародейка проглотила остатки смеха, все еще блуждающего где-то внутри, и задумалась.
- Была у нас в Торвер Вельде одна леди... Из таких, которые даже наставникам пытаются доказать свою непревзойденную значимость, а всех остальных и вовсе держат за пыль под ногами. А недоучек из Академии не выпускают, так что ни ей от нас, ни нам от нее деться было некуда, приходилось терпеть. Особенно от нее доставалось одной юной, но невероятно талантливой и необыкновенно прекрасной чародейке, - Изабелла усмехнулась и потеребила кружева у ворота платья. - Так вот, отрабатывали мы однажды обряды - а там, чтоб ты понимал, каждая руна, каждый символ чертятся максимально четко, и не приведи боги тебя что-нибудь напутать. Убить, конечно, не убьет - такие сложные обряды недоучкам не дают, - но все, что угодно произойти может. И как-то так невозможным образом случилось, что руна "эсте", означавшая "свет" в плетении нашей распрекрасной леди превратилась в руну "кесте", которая обозначает домашний скот... - чародейка коротко фыркнула от смеха, но продолжила, поблескивая глазами. - И вот, в самый ответственный момент Наставница проверяет плетения - ходит, просит провести обряд от начала и до конца. Леди наша прочитала заклятье, символы вспыхивают... и остается она совершенно голой, покрытой щетиной с головы до ног, да еще и с ослиными ушами...
Конец истории все же потонул в новом взрыве смеха. Отсмеявшись, Изабелла допила вино, с улыбкой посмотрела на Рене через стол.
За окном было темно и тихо. Единственная свечка, горевшая между ними двумя, за эти четыре вечера превратилась в жалкий огрызочек и почти угасла.
- Твои раны уже почти зажили, - тихо проговорила Изабелла, разглядывая отражение свечи в темных, блестящих, как зеркало, глазах ведьмака. - Что будешь делать потом? Ну, когда выбьешь оплату за тех гулей... Снова вернешься на тракт к истреблению чудовищ?
Почему-то мысль об этом показалась ей грустной.
- Ты никогда не думал о том, чтобы заняться чем-то еще? - ее пальцы осторожно тронули его лежавшую на столе ладонь. - Чем-то, что не грозит тебе превращением в труп при неосторожном нападении на стадо ходячей мертвечины?

Отредактировано Isabella (26.04.2022 13:24:40)

+1

13

С каждым вечером чародейка держалась все раскованнее, и к концу четвертого дня Рене стало казаться, что они с ней если не давние друзья, то очень хорошие приятели. Он даже позабыл, что первоначально обращался к Изабелле на «вы» - почему-то ему было легко находить с ней общий язык, смеяться над шутками и делиться воспоминаниями. 
А что он будет делать дальше?
Рене внимательно посмотрел на Изабеллу, а затем на ее руку, тронувшую его ладонь.
- Ну да, у меня все просто, - почему-то взгляд Изабеллы показался ему печальным, но что ее волнует, угадывать ведьмак не стал – слишком для него было сложно распознать, что может прятаться в душе богатой чародейки. – Получу деньги, заберу лошадку и поеду дальше – ближе к Мертвым землям. Там всегда больше заказов. А после, когда-нибудь…
Рене никогда не загадывал так далеко, и вопрос ставил его в тупик. Наверное, в глубине души он все же не хотел всю свою жизнь бегать за монстрами, истребляя тех или огребая от них сам. Все это действительно было рискованно, и ведьмаков, доживших до глубокой старости, лично он не знал. Но с другой стороны, делать ничего больше Рене не умел – ни одним ремеслом, кроме убийств, он не владел, так что в быту был абсолютно бесполезен – ни тебе мирной профессии, ни постоянного источника дохода. Разве что научиться чему-либо… Но кто возьмется обучать ведьмака, если он него все шарахаются? В общем, с будущим все было сложно.
Но пофантазировать-то ради Изабеллы Рене вполне мог.
- …когда-нибудь накоплю денег и куплю себе дом, - с улыбкой продолжил он, накрыв уже ладонь чародейки своей ладонью. – Где-нибудь недалеко от моря, чтобы медленно и важно прогуливаться по берегу, слушать прибой и любоваться закатами. И обязательно виноградники рядом с домом – прогуливаться с бутылкой хорошего вина всегда лучше, чем без нее. А еще лучше прогуливаться не одному…
Рене слегка сжал ладонь Изабеллы и поднялся со своего места, не выпуская ее руки.
- Миледи, позвольте пригласить вас на прогулку, - он склонил голову и потянул чародейку за руку к себе. А когда она встала, то, недолго думая, подставил локоть, чтобы она взяла его под руку.
- Только посмотрите, миледи, какой у нас уродился виноград в этом году, - пройдя два шага вперед, он наигранно-серьезно указал рукой в сторону стола. – Назову этот сорт Изабеллой. Как думаете, ему подходит? А как вам мой особняк? – жест в сторону окна, за которым факелы тусклым светом освещали внутренний двор таверны. – Два этажа, оранжерея, бассейн и фонтан пред входом… И гости, как раз, съезжаются, - под окном местный пьянчуга хриплым голосом затянул похабную песню. – Видите, уже все навеселе, - рассмеялся Рене и приобнял чародейку. – Но зачем нас сейчас гости, госпожа Изабелла? Давайте уединимся на берегу, будем слушать голос моря и смотреть, как волны набегают на песок одна за другой, - он увлек Изабеллу в сторону постели и склонившись ближе, шепнул на ухо. – А может займемся чем-нибудь еще…  Как пожелаете.

+1

14

Изабелла лукаво улыбнулась, без возражений принимая эти внезапные правила. Он ничего не имел за душой - молодой ведьмак, живущий сегодняшним днем и понятия не имеющий, что будет завтра.
Шутка в том, что и сама она - такая же. Какой бы ни хотела видеть себя сама чародейка, она все еще слишком молода. Нет у нее ни власти, ни сокровищ, ни безмерной магической мощи - лишь красота, юность, да непомерные амбиции. И конечно, она это понимала.
Но кто мог запретить им мечтать? В конце концов, поместье с виноградниками на берегу моря - далеко не самая плохая мечта. Она бы тоже от такой не отказалась. Хотя почему дом? Лучше замок. И графский титул. А еще лучше - герцогский...
Замечтавшись, она окончательно развеселилась. Теплая ладонь Рене грела ее пальцы, теплая улыбка грела душу.
- Только, чур, не в Виде, милорд! - поправила Изабелла, сжимая его пальцы. - Я родилась там. Не слишком роскошное местечко...
Его фантазии уже уносились вперед, и чародейка, невольно заражаясь ими, включилась в игру:
- Изабелла - прекрасное название для сорта винограда, - подтвердила она, распрямляя плечи и шелестя юбками, словно принцесса на королевском приеме. - А ваш особняк нужно увить ползучей розой. Чтобы она расцвела прямо под вашими окнами, и никто из гостей не смел бы ее срывать... - она расхохоталась, когда идиот со двора вмешался в их глупую, почти детскую, но такую замечательную игру. - Мне кажется, нам не хватает настоящей музыки. Но поскольку ее нет, то хотя бы немного красоты...
Она повела рукой, создавая иллюзию - совсем простенькую, но достоверную. И невзрачная, темная комнатушка преобразилась на глазах.
Раздвинулись стены, украсились цветными гобеленами. Грязноватый пол выстлал пушистый ковер. Покосившийся стол, за которым они ужинали, превратился в изысканный столик полированного дерева, а пустые тарелки - в роскошные блюда с фруктами. Единственная свечка погасла - пространство замковой комнаты украсили блуждающие огни, зеленые, синие и золотистые. Потолок терялся высоко наверху, окно стало дорогим витражом, и легчайшие занавески подрагивали от морского бриза - здесь, в городе столь далеком от моря.
Почему бы не претворить мечту в жизнь? Пусть даже всего лишь внешне и всего лишь на время...
- Так лучше, милорд? - нежно поинтересовалась Изабелла, когда Рене, увлекший ее к кровати (к слову, невероятно роскошной, с балдахином и бархатными занавесями!), заозирался по сторонам. Волосы ее тронул ветер, не существовавший на самом деле, когда она положила ладонь Рене на щеку, повернув его лицо к себе. - По-моему, вот теперь все идеально... И мы можем слышать шелест волн прямо здесь, на этой кровати...
Она первой потянулась поцеловать его, и чудесное синее платье смялось под его нетерпеливыми руками. Запустила пальцы ему в волосы, не желая ни отпускать, ни трезветь, ни пробуждаться от иллюзии.
Она так устала кому-то что-то доказывать. Рене был здесь и сейчас, он был очарован ею, молод и обворожителен, и так наивен с его простыми мечтами. Даже если завтра их дороги разойдутся - сегодня они могут быть вместе и доставить друг другу немного удовольствия и покоя.
Его раны и вправду почти зажили - под ее изучающими пальцами ощущались лишь свежие шрамы. Магические огоньки бросали отсветы на лицо Рене в темноте над нею. И он был нетерпеливым - но чутким. И добрым...
Запрокидывая голову под его поцелуями, Изабелла поверила, что замок на берегу моря почти реален.

Отредактировано Isabella (29.04.2022 20:57:50)

+1

15

Вида…
Вот это было совпадение! Он ведь тоже в детстве жил недалеко от Виды, только никакого отвращения к своему дому и самой Виде не испытывал. Наоборот, Рене бы даже не прочь был туда вернуться, только возвращаться сейчас было уже некуда – время назад не отмотать и прошлое не вернуть.
Но Изабелле ведьмак об этом ничего не сказал. Зачем портить вечер грустными воспоминаниями, если они ничего не изменят? Так что Рене был только рад, что тема с Видой не получила развития, а Изабелла легко подхватила его только что придуманную на ходу игру, с важностью королевы вышагивая по комнате и давая советы про розы.
«Милордом» Рене никогда еще не называли, но возгордиться внезапным, пусть и шутливым, прозвищем он толком не успел – отвлекся и вовсе забыл, так как комната преобразилась до неузнаваемости – стены раздвинулись, окна увеличились, и теперь маленький закуток деревенской таверны превратился в просторную залу шикарного особняка. Вот что значит пошутить с чародейкой! Ведьмак мог лишь мысленно представить вокруг другую реальность, Изабелла же делала ее вполне видимой. Жаль, не осязаемой – Рене попробовал поймать блуждающий огонек, пролетевший почти рядом с его плечом, но пальцы ухватили лишь воздух – огонек пролетел сквозь его ладонь, проследовав дальше по своему, одному ему ведомому, маршруту. Но даже и так все было сказочно и прекрасно.
Как в детстве, когда любые мечты вовсе не казались чем-то недостижимым.
— По-моему, вот теперь все идеально... И мы можем слышать шелест волн прямо здесь, на этой кровати... – шептала Изабелла, коснувшись щеки ведьмака, и Рене понял, что пропал, потонув в голубом омуте ее глаз, освещаемом искрами парящих рядом светляков.
«Идеально», - подумал он, но не ответил – губы чародейки коснулись его губ, и все вопросы и ответы отпали сами собой – стало не до них.
Да и что отвечать, когда все понятно без слов?
Собственную рубашку Рене стащил через голову без проблем, а вот с платьем Изабеллу пришлось помучиться – все эти завязки и крючочки вовсе не собирались развязываться и расстегиваться без помощи своей хозяйки. Рене всегда недоумевал, сколько же времени должно было уходить у дам, чтобы каждый день выглядеть красиво и нарядно! Он бы не смог. И хорошо, что в его одежде никогда не было ничего подобного – все быстро и просто.
Кровать, когда на нее обрушились два тела с весьма недвусмысленным направлением действий, жалобно скрипнула, намекая, что она на вообще-то не так шикарна, как выглядела в иллюзии Изабеллы. Но кому до этого было дело? Разве что постояльцам, что в эту ночь оказались за стеной. Рене, касаясь губами призывно выгнувшегося под ним тела чародейки, уж точно не думал ни о чем, кроме Изабеллы. Даже собственные раны его не волновали.
Не волновали и мысли о том, что будет после. Он всегда жил настоящим, и сейчас это настоящее было слишком прекрасно, чтобы разбавлять его лишними размышлениями.
Пока с губ Изабеллы не сорвался последний стон, и пока он сам не опустился без сил на постель рядом с ее разгоряченным телом, Рене не замечал ничего вокруг, даже того, что иллюзия уже успела погаснуть, рассеявшись в ночной мгле. Свечка на столе догорела, а пьяница за окном замолчал – то ли уснул, то ли ушел со двора. Постояльцы в стену тоже не стучали, смирившись с шумными соседями, и даже кровать не подвела – выдержала, не подломившись.
- Когда-нибудь все будет настоящим, - пробормотал Рене, целуя Изабеллу в плечо и все еще ласково продолжая поглаживать ее по обнаженной груди.
И в этот момент он даже сам в свои слова верил.

+1

16

Станет ли это все настоящим?
Ох, в этом их мечты определенно совпадали - Изабелла видела свое будущее именно таким: в роскошном замке, на шелковых простынях, в окружении самых красивых и изысканных вещей, которые она только могла себе представить.
Но сейчас, когда она нежилась в объятиях Рене, к картине ее идеального будущего добавилась еще одна деталь: чтобы рядом был человек, который искренне любил бы ее, и который мог бы быть любим ею. Наивно? Возможно. Но кто сказал, что мечты непременно должны быть реалистичными?
- Когда-нибудь обязательно будет... - пробормотала Изабелла, уткнувшись носом ему в плечо и блаженно вытягиваясь на смятом тонком матрасе.

***
- Здесь он, здесь! Поганище колдовское!
- Со свету сжил, душегубец, точно говорю...
- И ведьма его!
Крики откуда-то снаружи были вовсе не похожи на завершение идеальных мечтаний о будущей жизни.
Изабелла недоуменно нахмурилась, с неохотой вырываясь из сладкого сна. Протерла глаза, выпросталась из-под обнимавшей ее тяжелой руки Рене, отбросила с лица спутанные светлые волосы.
- Что там происходит? - спросила она у точно такого же недоумевающего ведьмака.
- Друзья! Братья... не здесь, прошу! - хныкающий голос определенно принадлежал хозяину постоялого двора.
- Да как не здесь-то! Дал приют ведьмам, так может, ты и сам их пособник?
Возражения трактирщика оборвались глухим, смачным ударом - вероятно, в лицо.
Что-то это все не нравилось Изабелле.
Чародейка спустила с кровати босые ноги, наугад просовывая их в валявшиеся в беспорядке туфли. Искать чулки и корсет не стала - только через голову надела платье, наскоро затягивая шнуровку, чтобы хотя б с плеч не сваливалось.
В этот самый момент дверь содрогнулась под тяжелым ударом.
- А ну открывай, гадина! - потребовали снаружи.
Гадина?!
- Вы охренели? - в совсем не свойственной благородной даме, но весьма логичной манере поинтересовалась Изабелла. - Вы куда ломитесь, паршивцы? Я чародейка Торвер Вельда, и я...
- Сука ты колдунская! - прервали ее снаружи сразу несколько человек. - Открывай, стерва, иначе дверь высажу!
- Тадеуса моего в гроб свели, изверги! - кликушествовал высокий женский голос.
Изабелла оглянулась на Рене, все отчетливее понимая, что ситуация начинает выходить из-под контроля.
- Не уйметесь - силу применю, - пригрозила она, но не слишком уверено.
Против озверевшей толпы и чародейство не всегда спасает, если ты, конечно, не кто-то вроде Вильгельма Форца...
- Повесить ее, сволочь! Слышали, что несет?!

+1

17

Сказки имеют свойство заканчиваться быстро – эта оборвалось стуком в дверь и нецензурной бранью с коридора. Вот тебе и особняк с виноградниками! Нет бы проснуться утром, как все нормальные люди… Увы, пришлось вскакивать посреди ночи, потому что к «нормальным» ведьмак не относился.
- Надо уходить. Вот ведь заразы! – ругался Рене, спешно одеваясь, пока за дверью решали, кто будет ее ломать. - Первому, кто сунется, хребтину сломаю! – крикнул он погромче, чтобы за дверью поняли, что не шутит.
Там поняли. Шуметь продолжали, но дверь на какое-то время оставили в покое – первым быть никто не хотел.
- Высоковато, - Рене выглянул в окно и отмел мысль в него прыгать. Он бы сам и смог, но вот Изабелла… - Держись позади меня, - бросил он ей и пошел к двери с мечом в руке.
Орать, как обычно, все были смелы, но оказавшись напротив рассерженного ведьмака лицом к лицу, местные крестьяне подрастерялись.
- Кому-то, смотрю, жить надоело? – рявкнул Рене, открыв дверь и вовсе не думая отступать.
- Ты моего Тадеуса извел! – проблеяла откуда-то из-за мужицких спин главная заводила.
- Каким образом, если я его даже не видел?
- Каким, каким… Колдовством. Все же знают, что ты там помирал лежал, а сейчас вон совсем здоровый! Ясно же, что другого на тот свет взамен себя отправил! – выдала женщина. И толпа согласно ей загудела снова.
Но Рене вовсе не собирался сдаваться.
- Еще говорят, что он жаловался на суп невкусный. Ты явно сама туда отраву подсыпала, чтобы от надоевшего муженька избавиться, - мстительно заявил он, рисуя в воздухе Аксий.
- А ведь и точно, - верзила, что стоял у самых дверей и готов был уж броситься на распроклятого ведьмака, обернулся к толпе. – Про суп-то говорил. Сама поди и отравила.
- Да ты что мелешь, дурак? Я отравила? Да зачем мне?
- А чтоб к Агнешке мальниковской под юбку не лазил!
- Так он лазил?.. Да я тебе сейчас твой язык поганый вырву и в жопу вставлю, чтобы чушь не нес!
Рене крепко сжал ладонь Изабеллы, шепнул:
- Попробуем уйти без драки, - и вдарил по толпе Аардом, расчищая себе проход. – А теперь бежим!
Когда народ попадал с ног, не сообразив, что происходит, он потянул за собой чародейку и бросился наутек вниз по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек. Преграда на пути встретилась лишь раз: один из селян задержался на кой-то хрен у входных дверей, хотел было преградить путь ведьмаку, но получил по морде с разлету кулаком и стек по стене на пол.
Рене с Изабеллой выскочили на крыльцо и свернули за угол – не по центральной же улице убегать!
Толпа в таверне уже приходила в себя – снова раздались крики, шум, топот множества ног. Хлопала дверь, выпуская погоню во двор, но ведьмака с чародейкой там, конечно же, уже не было.

- Давай скорее, - Рене подсадил Изабеллу, помогая перебраться через плетень, а там и до леса рукой подать – всего-то перебежать через небольшое поле.  Чувствовал он себя малость идиотом, но свяжись с толпой, пришлось бы кого-то убить, а это себе дороже - противозаконно, как ни крути. – Дойдем до Лукки, а там у меня лошадь и деньги.
Он очень надеялся, что староста расплатится по-честному, и заработанные деньги не придется выбивать из него силой, устраивая нечто подобное тому, что только что произошло в таверне.

+1

18

Что бы ни сотворил ведьмак - во всех тонкостях его ремесла Изабелла не была искушена, - а головы он задурил на славу.
Когда он распахнул двери, чародейка почти ожидала, что толпа тут же на него и кинется, но вместо этого разбушевавшиеся крестьяне внезапно принялись искать виновную в зачинщице всего этого безобразия. И при этом - Изабелла готова была поклясться, что не чувствовала творимой Рене магии. По крайней мере той магии, которая была ей знакома и близка, той, которую она могла бы проанализировать, понять и повторить.
На что же еще он был способен?
Но прежде, чем она задалась этим вопросом, Рене внезапно сжал ее руку - и рванул напролом. Люди, стоявшие к нему ближе всех, разлетелись в стороны, будто игрушечные солдатики.
Изабелла разве что охнуть и успела.
Вслед за Рене она простучала башмаками по лестнице (ее корсет! ее вещи! все наверху осталось!) и выскочила на улицу. Ведьмак увлекал ее к изгороди так шустро, будто ему не в первый раз приходилось убегать от разъяренной толпы. Как знать - возможно, и впрямь не в первый...
- Подожди! - Изабелла на мгновение выдернула у него свою ладонь и сделала несколько замысловатых жестов в воздухе.
Пространство перед нею сгустилось, замерцало, обретая формы двух человеческих тел. Иллюзия - но не развлечения ради, как накануне, а для спасения жизни. Еще одна Изабелла и еще один Рене, рука в руке, улепетывали теперь по главной улице, отвлекая внимание тех, кто выскочил из "Деревянной мыши" за их головами.
Можно было, конечно, попробовать еще раз воззвать к разуму, но она не слишком обольщалась: на этих людей доводы сейчас не действуют.
- Вон они! - раздался торжествующий крик верзилы, который первый поверил знаку Рене. Бегущих иллюзорных ведьмака и чародейку заметили.
Что с ними хотят сделать, когда поймают, лучше было не спрашивать.
- Вот теперь пошли, - Изабелла подхватила юбки, молясь лишь о том, чтобы хотя бы туфли на ходу не потерять. Они явно не были предназначены для беготни по полю.

***
- Оторвались?
Только укрывшись под плотными лесными сводами, они смогли перевести дух. Изабелла раскраснелась и тяжело дышала, платье и волосы растрепались. Ей уже довольно давно не приходилось бегать, тем более от каких-то там крестьян!
- Впервые вижу, чтобы люди так себя вели, - призналась чародейка, поправляя на груди платье и вытирая пот со лба. - Что с ними такое?!
На нее, красивую, богато одетую даму, люди и вправду впервые реагировали так.
Но вопрос был не в ней - а в ведьмаке, рядом с которым она была и чью жизнь спасла на дороге. До этого она не задумывалась о том, как реагируют люди на таких, как Рене.

+1

19

- Ну-у… Люди всегда ищут виноватого, - Рене развел руками. – И чаще всего им служит тот, кто оказался крайним. Ведьмаков боятся и не любят, так что в этой деревне крайним стал я. И еще вот, точно говорю, хозяин таверны растрепал всем, что я ранен был, мол, тяжело, чуть не подох – вот и приперлись. Знали бы, что не при смерти, может, и передумали бы. А может и нет, - он развел руками.
Но сам больше думал на первое – всегда же напасть легче, если знаешь, что в ответ не схлопочешь. И не схлопотали, как оказалось. Убивать и калечить почем зря не следовало никого, если уж только совсем не прижмет. Это еще наставник Рене в голову вбивал, подчас и кулаком, когда юного ведьмака после каждого, брошенного мимоходом оскорбления, тянуло в драку, чтобы наказать обидчика.
- Когда я мелким был, сам решил ведьмаком стать, - усмехнулся Рене, шагая рядом с Изабеллой по ночной дороге. Лес вокруг жил своей жизнью – где-то что-то возилось, шуршало, изредка покрикивало, но медальон на груди ведьмака молчал. Значит, монстров рядом не было, а звери не особо страшили. – Мне всегда казалось, что ведьмаки – огромные, злые, сильные и страшные. Их хоть и не любят, но все боятся. Вот я тогда и хотел, чтобы меня боялись, а я бы всех своих недругов одной левой в могилу укладывал.
Рене глянул на Изабеллу, поежившуюся от ночного холода, и только тут сообразил, что это он сам собраться успел, а чародейка в свою комнату попасть так и не смогла. 
- Держи, - он остановился, снял куртку и накинул ей на плечи. – Извини, что из-за меня так вышло… Вернусь в трактир позже, когда толпа угомонится, и все заберу, что ты оставила.
И пусть только хозяин попробует не вернуть – без своры односельчан смелым он вряд ли будет.
- Так вот сначала я думал, что все в жизни ведьмаков просто, - продолжил свой рассказ Рене, когда двинулись дальше. – Раздаешь пиздюлей направо и налево и в ус не дуешь. Но в реальности оказалось, что порой лучше сбежать, чем ввязываться в разборки. Убьешь или покалечишь кого-нибудь ненароком – виноват все равно ведьмак. Все эти крестьяне будут перед стражей божиться, что нападать и не думали, и сами с вилами и кольями вовсе в трактир не ломились. Пришли, мол, мирно поговорить, а я такой-сякой напал. В итоге меня арестуют и башку снесут за то, что убиваю мирных граждан. А мирные граждане будут стоять друг за друга до последнего, просто потому что живут в одной деревне и соседа… или соседку, развязавшую весь скандал, страже не сдадут. Видел я уже такое… - Рене вздохнул и махнул рукой. – И родился я, кстати, в той же Виде.
Он сам не знал, зачем добавил последнее. Наверное, само вспомнилось и к слову пришлось. Но раз сказал, то слово уже не воротишь и обратно не возьмешь.
- И даже не в Виде, а в ее окрестностях. Хорошо там было… Солнце, море, - Рене прикрыл глаза вспоминая, и сам своим воспоминаниям улыбнулся. – Поймаешь в детстве свежую рыбку, пожаришь ее на костре… Красота! – он краем глаза гляну на нахохлившуюся воробьем чародейку. – Тебе-то Вида что плохого сделала? Город как город.
Ему на самом деле было интересно.

+1

20

- Сам захотел стать ведьмаком? - Изабелла приподняла брови. - Я думала, они похищают детей против воли или обменивают на свои услуги. Разве  не так?
Был ли Рене, становясь одним из охотников на чудовищ, готов к тому, что его самого будут считать и чудовищем, и проклятым, и тем, кого неплохо бы от греха подальше забить камнями и заколоть вилами? Навряд ли тогда он об этом задумывался.
- Ну что ж, тебя и боятся. По крайней мере, когда ты один, - подытожила чародейка, приподнимая подол платья в тщетной попытке уберечь его от корней, веток и кустов. В предрассветном полумраке Рене, быть может, и видел - ведьмаки, говорят, и не на такое способны! - но она с трудом. - Благодарю... - добавила она, когда на плечи легла тяжелая, еще теплая куртка.
Пахло от куртки старой выделанной кожей, дымом, потом - и чем-то неуловимым, не то травянистым, не то едва заметно кровавым. Запах ведьмака...
Могла ли она еще несколько дней назад предположить, что будет носить куртку ведьмака? Что будет выхаживать его, слушать его рассказы, шагать с ним по лесу? Что разделит с ним постель?
Рядом с Рене было странное чувство чего-то неизведанного, рискованного - от этого поневоле захватывало дух.
- Там остались мои ингредиенты, косметика, гребни... пусть только попробуют не отдать! Потом как-нибудь, пусть успокоятся, - она понятия не имела, как далеко им еще идти, и потому полагалась на то, что он сам разберется. Главное, чтобы там, куда они придут, на них не накинулись с вилами еще при встрече.
Изабелла слушала его, не перебивая, пока речь не зашла о Виде. Тут она заметно нахмурилась.
- Ничего хорошего в этой Виде нет, - буркнула чародейка, плотнее запахиваясь в куртку. На траву уже выпала роса, неприятно холодившая ноги без чулок. - Грязные улицы, бедные дома, рыбой провоняло все на свете... Иногда и рыбы-то той не видели.
В ней невольно заговорила Лиззи, страстно мечтавшая выбраться куда угодно, лишь бы подальше от родного городка, покосившегося домишки и бесконечной, изнуряющей работы.
- Ты не представляешь, как я была счастлива, обнаружив в себе талант к магии. Больше всего хотела оттуда уехать и наконец-то зажить по-человечески. Так что Торвер Вельд меня спас. Была бы сейчас какой-нибудь толстощекой женой рыбака с четырьмя детьми и отвисшей грудью, - она поморщилась от такой перспективы. - Ни за что туда не вернусь. Если жить - то в столице, а если замуж - так за графа, и чтоб никогда больше ни в чем не нуждаться!
Изабелла покосилась на Рене и уголки ее губ снова тронула улыбка.
- Но если ты и вправду обзаведешься своим поместьем у моря и земельными наделами, то не забудь пригласить в гости...

Отредактировано Isabella (03.05.2022 18:57:00)

+1

21

- Так ты там выросла? – Рене с новым интересом посмотрел на чародейку, когда та продолжила разговор про Виду.
Надо же! А он бы и не подумал, что когда-то Изабелла могла голодать, даже за знатную даму ее поначалу принял. С другой стороны, что он толком про знал про высшее общество? Лишь то, что одеваются красиво и носы задирают высоко, считая, что все вокруг им обязаны – вот и все знания. Но зато теперь с Изабеллой и Видой все вставало на свои места.
- Моя семья никогда не голодала, - ответил Рене в свою очередь. – Отец и братья рыбачили. Мать и сестры рыбу продавали. Я не считал себя в детстве чего-то лишенным или чем-либо обделенным. Наверное, если бы все шло дальше своим чередом, то я тоже купил бы лодку и ходил бы в море. Построил бы дом, женился, а по воскресеньям наведывался в местный кабак поиграть в карты или кости и выпить с мужиками, - он грустно усмехнулся. Не представлял он для себя подобной жизни, да, наверное, уже и не желал ее. – Но оказалось, что отец вел не очень-то чистые дела, и жили мы хорошо именно из-за них. А дальше его обвинили в том, что обворовывал своих же подельников, и наша семья за это расплатилась. Не знаю, на самом деле он так поступил или нет, но именно тогда я решил стать ведьмаком. Думал, что вырасту и всем отомщу, но лишь позже понял, что даже не знаю, кому конкретно мстить, - он развел руками и усмехнулся еще раз. – Ну-у… а о том, что стал ведьмаком, я все же не жалею. Сам же выбрал.
Тьма в лесу уже начинала таять – наступал рассвет, и первые солнечные лучи все активнее пробивались сквозь густую шапку листвы. Рене на этот раз дорогу не путал – с сознанием и здоровьем все было в порядке, не как в прошлый раз после боя с гулями - голову не кружило ни от яда, ни от кровопотери. Он точно знал, что оставалось пройти где-то чуть больше мили, а затем через поле уже видны будут крыши Малой Лукки. А там его ждали и вещи, и конь, и обещанная награда. Рене очень надеялся, что ждали, и местный староста не разбазарил все добро, посчитав ведьмака погибшим.
- Поместье и виноградники, знаешь, это хорошая мысль, - заявил Рене, уверенно кивнув. И почему он раньше об этом не думал? Хоть цель какая-то в его жизни теперь появится, кроме «купить новые сапоги» и «не проиграться в гвинт в таверне». – Если доживу, конечно. И если еще хоть кто-нибудь рискнет покупать вино у ведьмака. Ты же видишь сама, люди вбивают себе в голову полную глупость, а потом сами же в нее и верят. Спокойно могут решить, что я это вино отравил. Или проклял. Или еще-то в том же духе.
И если не сопьюсь, как Теренс…
Об этом Рене подумал, но вслух не сказал.
Незачем.
Деревья впереди как раз расступились, и за колосящимся золотом полем, стали действительно видны и крыши Лукки, и узкая лента реки, что протекала за деревней. Кладбище, где бил трупоедов Рене, располагалось совсем с другой стороны, и теперь ведьмак прекрасно видел свою прежнюю ошибку – где свернул не туда.
- Пришли, - он указал Изабелле рукой в сторону деревни и мотнул головой. – Надеюсь, тут нас встретят деньгами и горячим завтраком, а не вилами и забористой бранью.

+1

22

- Заведя поместье и виноградники, ты запросто можешь и вовсе не говорить, что ведьмак, - хмыкнула Изабелла, поневоле увлеченная его рассказом. У них с Рене было куда больше общего, чем ей поначалу думалось, и не только Вида, в которой оба родились. Оба начинали с низов, и оба в какой-то мере хотели отомстить: он - подельникам отца, перерезавшим его семью, она - всему миру, несправедливому к ее бедности, и в частности, собственной матери.
И оба не жалели о собственном выборе. Жить настоящим и строить амбициозные планы оказалось куда интереснее.

- Это и есть твои Малые Лукки?
Деревушка выглядела почти близнецом спешно покинутого Дутона: такие же невзрачные домишки, поля да огороды. Пожалуй, с тем, чтобы ругать Виду Изабелла погорячилась: жить в подобном поселеньице для нее было бы еще хуже. Крутить коровам хвосты и с утра до ночи горбатиться в поле? Ну уж нет, это точно не для нее.
- И откуда тут вообще могли взяться гули...
Главный вопрос, в общем-то, был несколько иной: не считают ли тут господина ведьмака уже давно почившим в гульих желудках, и не распродали ли его немудреные пожитки в отчаянной надежде хоть немного компенсировать задаток?
- Главное не гляди на них, как мертвяк, - шепнула ведьмаку Изабелла, обхватив его под локоть. - Улыбайся, на тебя смотрят!..
На них и вправду смотрели. Крестьяне встают рано, и двоих путников провожали настороженными взглядами, пытаясь понять, то ли темноволосый охотник на монстров и вправду умер и вернулся бок о бок с растрепанной красоткой, то ли все-таки жив.
- Г-господин ведьмак!
А вот и староста. В одной нижней рубашке и наспех натянутых штанах. Добежал до Рене, вытаращил глаза, потерянно разводя руками и осматривая его с головы до ног.
- Целехонький же!.. Боги! А я-то думал... а мы-то мужиков наутро послали глянуть... а гули-то все мертвые лежат, и кровищи! А вы-то!.. А как так?!
Видя, что "воскресший" ведьмак на старосту не нападает, окружающие также сменили выражения лиц на куда менее напряженные и куда более растерянные. А кое-где почти и виноватые.

Отредактировано Isabella (04.05.2022 20:06:26)

+1

23

Рене действительно мог и не говорить всем подряд, что ведьмак. Только разве утаишь? Слухи расползаются быстро, да и до глазам, отличающимся от обычных, человеческих, сразу заметно.
Но спорить с Изабеллой на этот счет Рене не стал. Зачем? Виноградников все равно пока нет, а на «нет» и суда нет. Когда появятся, вот тогда пусть голова за них и болит.

***

В деревне ведьмака уже успели похоронить – это Рене понял сразу по изумленным и испуганным взглядам местных обитателей.
- И откуда тут вообще могли взяться гули... – интересовалась Изабелла, ухватив его под руку и улыбаясь крестьянам.
- Да кто их знает? – тоже выдавил из себя наигранную улыбку Рене. – Кладбище у них очень старое, можно сказать, древнее. Там и склепы есть, хрен знает с каких времен остались, вот трупоеды их и облюбовали.
На этом рассказ о местных достопримечательностях пришлось прервать, так как на дороге показался лукковский староста.
- Г-господин ведьмак! – он активно принялся жестикулировать, чтобы скрыть смущение и растерянность. - Целехонький же!.. Боги! А я-то думал... а мы-то мужиков наутро послали глянуть... а гули-то все мертвые лежат, и кровищи! А вы-то!.. А как так?!
- Живой я, - заверил его со своей стороны Рене. – Живой. Дела только были, так что сразу вернуться в вашу деревню не смог. У вас там кроме гулей, целый альгуль сидел. Цапнуть успел, вот госпоже Изабелле, - он кивнул на чародейку, - и пришлось меня подлатать. Надеюсь сделка наша в силе?
- В силе, конечно, - залепетал староста. – Я вам вторую часть вознаграждения принесу лично… чуть позже. А то побежал встречать, даже одеться вот не успел толком… Вы пока это… в трактир идете, - он махнул рукой в сторону. – А я туда как раз подойду. А там скажите, что все за мой счет, пусть накормят и вас, и госпожу.
Староста заискивающе поклонился Изабелле и, суетливо оглядываясь по сторонам, поспешил в сторону своего дома.
Рене настороженно проводил его взглядом, раздумывая, где подвох, но так и не понял… пока не добрался до того самого трактира, куда староста их с чародейкой отправил, и в котором он сам остановился, когда приехал в эту бесову Лукку первоначально.

***

- В смысле нет моих вещей? – Рене ухватил трактирщика за грудки и впечатал в стену. – Куда делись?
- Да вы не серчайте, господин ведьмак… - лепетал тот.
- Я тебе сейчас за воровство зубы выбью! – со злости пообещал ведьмак.
Отчего трактирщик взвыл уже громче:
– Я же не сказал, что нет – это совсем нет! Вы не так поняли!
- Тогда как тебя понимать? – Рене выдохнул, взял себя в руки и выпустил мужика.
Тот сразу затараторил, оправляя одежду:
- Мы же думали, что вас гули съели, и забрали все… на сохранение. Пока кушаете - будет на месте. Я сейчас распоряжусь, и сами увидите, что все в сохранности – и вещи, и лошадка. А у нас сегодня как раз поросеночек подошел – свежий, молочный, как раз на вертел его садить собирались. Вот как раз для вас! – трактирщик свернул на более безопасную тему, отвлекая ведьмака от желания наподдавать за украденные вещи. Действовать он решил по старинке, точно зная, что вкусная и сытная еда всегда и всем улучшает настроение. – И пироги у нас вчерашние остались – сегодня не успели еще, утро же раннее! Так что подогреем их для вас. И квас у нас хороший! И вино есть. А еще сыр и яички свежие – вот только что из-под несушек собрали! Вы присаживайтесь, господин ведьмак… и вы, госпожа.
Трактирщик усадил гостей за ближайший стол и поспешил убраться от них подальше, чтобы вновь не оказаться в непосредственной близости от ведьмаковского кулака.
С зубами жить, считал он, все-таки лучше.

+1

24

Смотреть на разъяренного ведьмака и на то, как он решает проблемы, было одно удовольствие. Изабелла вовсе не собиралась вмешиваться и хоть как-то препятствовать возвращению его украденного добра, более того - с насмешливой улыбкой скрестила руки на груди, всем видом показывая, что помогать горе-трактирщику и останавливать своего вспыльчивого спутника она не намерена.
Тому, кто наживается на чужих потерях, оправдания нет. Изабелла осуждала подобное, как только может осуждать человек, хорошо представляющий, что это такое - потерять и без того немудреные пожитки.
- Лучше бы вам поторопиться, милейший. За воровство и распродажу чужого в нашем справедливом государстве вообще-то полагается тюремное заключение... в лучшем случае колодки, - она вытянула руку, рассматривая собственные отполированные, блестящие ноготки. - Особенно, если есть, кому засвидетельствовать это.
Конечно, стража вряд ли потащится в какие-то Малые Лукки, но если до этого дойдет, то с большей охотой наверняка прислушаются к чародейке, а не к какому-то там сиволапому трактирщику. Во всех ситуациях можно найти свои плюсы, и Изабелла была вовсе не против воспользоваться собственным положением.
Трактирщик - далеко не дурак! - смекнул вмиг. И уже через несколько минут и ведьмак, и чародейка сидели за столом, накрытым как для дорогих гостей. Все лучшее, что только можно найти в деревне.
Гости просить себя не заставили. Изабелла хоть и строила из себя знатную даму, с голоду обладала самым, что ни на есть, простецким аппетитом и воздала должное и домашнему сыру, и молодому вину, и пирогам, и еще на поросенка, поджариваемого на вертеле, облизывалась.
- Так что теперь? - полюбопытствовала она у Рене, слегка утолив голод. - Я тут чисто из человеческого альтруизма задержалась в глуши, а мне бы попасть в столицу. Сомневаюсь, что местные дадут мне свою телегу-раздолбайку, а моя повозка давно уже укатила, но у тебя, как я слышала, есть лошадь... - намек был более чем прозрачным. - Ну или будет, как только тебе ее вернут. Куда ты думаешь отправиться?
Сама Изабелла снимала в Аскерте небольшой дом - небольшой, зато в центре и на деньги злосчастного барона де Вартена. Она сомневалась, что придавленная женой светлость будет еще сколько-то долгое время оплачивать счета своей любовницы-чародейки, а значит, уже скоро предстояло подыскивать какое-то новое жилье. И желательно вытрясти перед этим из барона все возможное...
Вот ведь морока!
- Вот ваши вещички, господин, - все тем же заискивающим тоном произнес трактирщик, ставя перед Рене потрепанную сумку, в которой что-то брякало и звякало. Изабелла не сомневалась, что немногочисленные ведьмачьи деньги давно уже пропили, но хоть что-то вернут - и то хорошо. - И лошадь вашу привели уже, так что вы как поедите, дайте знать, я ее подготовлю...
Этот намек тоже был прозрачным: убирались бы вы, господин ведьмак, со своей девицей и со своими вещами от нас подальше.

+1

25

Трактирщик, как и староста, был не дурак – быстро смекнул, что за воровство никто не похвалит, даже если обворовали ведьмака. Вернее, тем более, ведьмака – глядишь, еще осерчает мутант хренов вкрай и выпотрошит как утопца!
Так что вскоре Рене и Изабелла сидели за накрытым столом, а сам хозяин гостеприимного заведения умчался по домам своих односельчан собирать то, что успел сбыть с рук, после безвременной гибели ведьмака на местном кладбище.
- Дальше я могу куда угодно, - усмехнулся Рене, когда Изабелла полюбопытствовала о его дальнейших планах. Не просто так любопытствовала – намекала, чтобы помог добраться до столицы. Он намек уловил, а так как должен был теперь чародейке аж целую жизнь, то отказывать в помощи не стал. – Могу и в Аскерт. Давно туда не заглядывал – все по окраинам ошивался, где улов побогаче. Так что подвезу тебя с радостью, если, конечно, лошадь вернут. Ну а если нет, то вон трактирщик запряжем – будет отрабатывать вместо животины.
Трактирщик, как раз тащивший к столу ведьмачьи сумки, насторожился, крем уха услышав, что говорят о нем, но толком, что к чему, не разобрал, а потому просто сгрудил свою ношу на пол рядом со скамьей, где сидел Рене. 
- Как с поросенком закончим, так и седлай, - дал ему указания ведьмак. Раз уж обещал, то не уезжать же без обещанного! Он открыл одну из седельных сумок, проверяя ее содержимое и в душе надеясь, что все же большая часть пожитков окажется на месте.
А тут как раз и староста пожаловал.
- Вот, как и обещал, - он с наигранно-радушной улыбкой положил на стол кошель с деньгами.
Рене глянул на кошель – увесистый, явно староста не обманул! Но интересовало ведьмака сейчас немного другое – вместо зелий, эликсиров и масел для оружия, так необходимых ему в бою, в сумке он нашел лишь груду пустых флакончиков, пузырьков и бутылок.
- И где… все содержимое? – он достал пару пустых флаконов и поставил на стол, переводя взгляд со старосты на трактирщика.
Те сконфуженно переглянулись.
- Не выпили же, надеюсь? Это ж яд, - предупредил Рене.
- Да нет, что вы, – староста отмер первым. – Мы это… Ну решили, что раз вас нет, то… Средства же эти от монстров всяких. Вот мы и полили ими вокруг кладбища, чтобы нечисть больше туда не сувалась.
- Что?! – Рене показалось, что он ослышался. Некоторые эликсиры были довольно редкими – теперь еще попробуй на них ингредиенты достань! – Вы просто взяли. И вылили. На кладбище.
Староста с трактирщиком еще раз переглянулись и кивнули.
- Идите отсюда нахрен, пока я вас не убил, - прорычал Рене, закрывая лицо рукой. Да его запас зелий стоил дороже, чем то, что он тут заработал с этими треклятыми гулями!
Но как это тупому мужичью объяснишь?
- Так это… - все еще мялся рядом со столом староста. Не очень-то ему хотелось прослыть замешанным в воровстве. – Может чего сделать для вас хорошего? Взамен зелий этих… У нас бабка на окраине живет, у нее травы всякой много – попрошу для вас. Она не жадная, поделится.
- Так там же не одна трава, - вздохнул Рене, убирая руку от лица. Вот что теперь делать? Ну даст он по морде дуракам, так ведь потери это не вернет. – Договоримся так, - он поднялся из-за стола, встав напротив старосты, и протянул ему руку. – Я забуду про зелья и прочее, что успели из моих вещей угробить, а вы взамен говорите по всем соседним деревням, что я – крутой мужик, всем помогаю, монстров бью отлично, ну и все такое прочее. И никакой порчи не навожу. По рукам?
- Порчи?
- Именно. Ни порчи, ни сглаза, ни чего-такого-подобного. Сами же знаете, как на ведьмаков наговаривают кто во что горазд.
- Да это мы, конечно, с радостью, - закивал староста, пожимая руку ведьмаку и считая, что дешево отделался. – Скажем, как надо.
Трактирщик тоже поддакнул.
- Особенно в Дутоне, - уточнил Рене.
- И в Дутоне скажем… А как вас звать-то хоть? – поинтересовался староста напоследок.
- Рене.
- Просто Рене?
- Рене из Виды. Достаточно?
- Еще как, господин Рене.
Староста готов был и на "вы" обращаться и господином звать. Только бы свалил ведьмак поскорее.

***

Из Малой Лукки Рене с Изабеллой выехали уже после полудня, когда поросенок был съеден, а вещи собраны. По пути завернули на злосчастное кладбище – ведьмак не мог уехать, не проверив свою работу. Все же был ранен, мог и пропустить какую тварь, а заказы привык выполнять по-честному – чтобы чисто, а не как попало. Но медальон молчал, а новых следов монстров в пределах захоронений Рене не обнаружил.
В общем, можно было уезжать со спокойной душой, тем более что в соседнем Дутоне вопрос тоже должен был вскоре решиться – староста авторитет в этих краях имел немалый, значит и переубедить какую-то не очень умную тетку мог запросто.
По крайней мере, Рене на это очень надеялся.

+1


Вы здесь » SARGAS » Архив эпизодов » [10.07.1019] Красавицы и чудовища


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно