02/05 Новый выпуск новостей! 30/04 Обновлен дизайн!
Best post by wilhelm forz
Таулер это, Таулер то. «Я обсужу это с леди Таулер». «У леди Таулер встреча с принцем». «Леди Таулер поручено…» Вильгельма начинало подташнивать от одного упоминания новой придворной чародейки. Для него Аннабель была приветом из прошлого, которое он изо всех сил пытался забыть. А тут вот как. Старик про него вспомнил. Старик решил организовать ему «достойную отставку». Надо ли говорить, что подобное положение дел до возмутительного не устраивало Форца? Все мелкие и неважные поручения были переданы Таулер, а все важные и срочные Вильгельм, как и полагается человеку дальновидному, уже разрешил. Король почти отмахнулся от него, когда Вильгельм заговорил о небольшой поездке, и эта отмашка почти вывела его из себя, едва не продемонстрировав всю силу своей ненависти к монаршему идиоту. читать далее...
администрация:
AylaThijmenRekhema

SARGAS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SARGAS » Прошлое » [14.07.1116] Got you on my Mind


[14.07.1116] Got you on my Mind

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

— Got you on my Mind —
https://forumupload.ru/uploads/001a/ae/83/78/190450.gif https://forumupload.ru/uploads/001a/ae/83/78/741698.gif https://forumupload.ru/uploads/001a/ae/83/78/891941.gif
14.07.1116, королевство Ригель, площадь в Гересе, рыцарский турнир "Макушка лета"
Thijmen Valacar || Ayla de Montfront
Рыцарский турнир посвященный всеми любимому празднику, который впервые посетила принцесса Айла. Юная принцесса собрала на себе множество взглядов достойных внимания рыцарей, но сама девушка взглядом искала Черного рыцаря. А что же он?..

0

2

Сегодня был волнительный день. С самого утра Айла не находила себе места, примеряя то один, то другой наряды в надежде соблюсти формальности и в то же время, поразив всех до единого. Почему был так важен этот выход? Айле было четырнадцать, ее сердце пылало к миру, глаза искрились жизнью и смехом. Она не знала, когда еще будет лучший момент, чтобы насладиться моментом, если не сегодня. Казалось, что именно сегодня она выйдет на трибуны вокруг ристалища, и если не каждый первый, то каждый третий уж точно будет сражаться в её честь. К тому же сегодня она должна продемонстрировать своим отцу и матери то, чему научилась, какой стала. Король и королева Ригеля будут строго оценивать свою дочь, принцессу королевства Ригель.
Выбирая между белым и золотым, Айла выбирает золото. Цвет ее гордого дома, цвет короны. И облачается в него: легкий фатин струится, словно сам ветер, на который воздействуют изысканными чарами. Два края фатинового ручейка соединяются между собой на спине и на ключицах ажурной вышивкой с золотыми бусинами и драгоценными камнями в тон, что поблескивают на солнце и будто впитывают его в себя. Айла в этом платье была похожа на солнышко, такое же ласковое и улыбчивое. Позади, с правого плеча свободно развивалась золотистая вуаль из того же материала, что и платье. Перед ней не было печалей и тревог, и даже такое событие как рыцарский турнир, вовсе не пугали её. Она ждала сей минуты с замиранием сердца и трепетом.
Горожане с удовольствием готовились к тому празднику. Улицы наводнили барды, на площади с самого утра занимались украшением, плетением лент в яркие косы. Чуть позже начнется ярмарка и Айла так хотела посетить ее, посмотреть на диковинные товары, на представления кукольных мастеров, послушать песни и попробовать лимонный пирог.
К обеду во дворец начали съезжаться будущие участники турнира. По традиции в первый день состоялись танцы, которых Айла ждала едва ли не больше, чем сам турнир. А все потому, что было в этом удивительном ритуале что-то особенное. Эти танцы были действительно другими по самому ощущению. Так что, к назначенному часу принцесса прибыла в зал в сопровождении трех своих фрейлин.
— Кто это, Герда? — Спросила беззаботно принцесса у своей подруги, взглядом указывая на храброго рыцаря со светлыми волосами. На нагруднике у него был едва различимый оттиск желтого цвета в виде цветка.
— Лунный рыцарь, миледи. — Герда залилась краской.
— Герда! — Айла засмеялась, глядя на раскрасневшиеся щеки фрейлины.
Они бы еще долго смеялись, потому как обсуждать мужчин входило в их девичьи обязательства, особенно если твое сердце никому не принадлежит. Но реакция подруги говорила Айле об очень многом: например о том, что Лунный рыцарь был ей как минимум симпатичен. Молод и горяч — так охарактеризовала бы его Герда, если бы все ее мысли не были заняты только лишь одним: тем, как бы выглядеть более неприступно с учетом той краски смущения, которая уже выдавала все тайные желания девушки.
— Интересно, кто еще будет участвовать? — Невзначай поинтересовалась Айла, потому что знала, что ее фрейлины были любительницами обсуждать что-то очень интересное. И рыцарей. Разумеется рыцарей.
Разговоры и смешки стихли, когда герольд объявил о появлении короля и королевы. Айла замерла вместе со всеми: матушка была прекрасна, ее мягкая улыбка была идеально выдрессированной, а отец, что вел ее, держал вверх поднятую руку. Оба они выглядели по меньшей мере, как кто-то сошедший с небес, сами боги не могли быть столь красивы, как в тот момент выглядели ее родители. Жаль лишь, что с ними Айла проводила ничтожно мало времени. А почему - не понимала.
Королева-мать удостоила свою дочь кивком головы, на что принцесса ответила легким книксеном и все, на том диалог двух женщин монаршей крови был завершен. Впрочем, принцесса вовсе не расстроилась. Ей предстояло наблюдать душераздирающую сцену с Лилианой (так звали одну из фрейлин) и рыцарем, которого Айла поминала недавно в разговоре с Гердой. На глазах у растерянной леди Соммерфельд, рыцарь поклонился Лилиане и что-то сказал ей. Фрейлина коротко кивнула, и, легким движением срывая ленту с рукава своего платья, передала ему. После чего рыцарь удалился.
— Не расстраивайся, Герда! — Доброе сердечко принцессы буквально рвалось на части от увиденного. — Уверяю, в этом зале найдется с дюжину достойных рыцарей, которым ты по сердцу. Ну же, поддержи Лилиану, взгляни, как она расстроена!
На фрейлину, что одарила Лунного рыцаря лентой, страшно было смотреть. Она растерянно переводила взгляд с Айлы на Герду и глаза ее наполнялись слезами от страха потерять дружбу. Герда, по началу противившаяся, все же смягчилась и с улыбкой поздравила подругу.
Принцесса наблюдала за ними, мягкая улыбка не покидала ее нежных губ. В этом вся Айла - слишком добрая, слишком мягкая и чистая. Но удивительно “заразная” своей добротой: каждый, кто оказывался рядом с нею, словно перенимал эту пагубную привычку относиться милосердно к людям вокруг.

+1

3

Они всегда входили в город через час после колоколов полуденной молитвы. Это было удобно всем. Страже которая знала заранее когда встать на посты. Молящимся которые успевали произнести слова славы Первопредкам и успеть на зрелище, и самому герцогу, который вводил свою процессию в пик толпы и фестиваля. Впрочем он был не первым в этом строю, они всегда входили вслед за  “Алым” чтя их союз.
            Процессия была обставлена с подобающей роскошью. Пели трубы и лиры, рыцарей сопровождали музыканты, а оруженосцы щедро  делились  милостыню, разбрасывая медь и серебро во славу Богини. Цветные ленты летели во все стороны,  на радость девам и во славу покровительницы воинов. Подхватить такую мужчине считалось кощунством и бывали случаи когда рыцари из кавалькады служили скорый суд вору, не чтящему заветов Первоматери. Рыцари  черных знамен не были столь  щедры как рыцари алых, но были больше любимы в народе.
        В Эссена,  черный доспех стали местной традицией, своеобразным вызовом для новичков только получивших удар мечем по плечу. Такой воин должен быть странствовать, искать славы и чести и отвечать на любой вызов. Будь то поселение в беде или ищущий вызова молодчик на мосту.  За годы “черный рыцарь” стал символом воина без страха и упрека, потому выйти в этом образе рисковали немногие. Можно было ведь и хлебнуть позору, ведь гербы черный рыцарь снимать права не имел
       Кавалькада дошла до плаца. Герольды и сотники уже занялись привычной работой, объявляя имя прибывших, согласовывая списки новичков что будут сражаться в первый день и рыцарей которые бросят вызов зачинщику во второй. Герцогский шлем с  вычурным плюмажем  был принят и выставлен на всеобщее обозрение как одного из бросающих вызов. Все время пока звучали имена его строй стоял ровно словно стена, нерушимая как фьерды близ Астарота. Демонстрируя выучку и дисциплину немыслимую среди других дворов. Рыцари Эссена в большинстве своем были вассалы самого герцога, а требовал он многого. Мало кто из собравшихся претендентов мог похвастаться такой же честью, и это порождало извечный спор гордецов из “Золота и лазури" с "Серебром и черном”.

*Изменил абзац про черных рыцарей ввиду того что написал редкий бред. Миа кульпа.

Отредактировано Thijmen Valacar (11.10.2020 19:07:06)

+1

4

Айла наблюдала за прибывшими черными рыцарями с замиранием сердца. Каждый был статен и широкоплеч, а в броне и вовсе выглядел как скала. Девушка осматривала их с интересом, неподдельным, благоговейным страхом и ощущением нереальности происходящего. Нельзя было ее винить в этом, ведь самое, что ни на есть первое мероприятие которое она посетила наравне с ещё одним наследником рода де Монфор, будущим королём, ее братом, был именно этот турнир. Строй маршировал ровно, слаженные движения рук и ног вселяли не просто страх, а ужас: эти рыцари были примером для многих, если не для каждого из участников. Первыми шли рыцари лорда Пойнтера, Алого, как его называли, рыцаря, Алого герцога. Его знамя было алым, как он сам и как доспехи его людей. Пойнтер пугал Айлу с самого детства, настолько суровым он выглядел. Она всегда ассоциировала его с самой смертью. А следом шли рыцари Эссена: Айла запомнила все великие дома своего королевства, а потому различала среди прочих, и, потому, отчасти, что каждый из них мог стать для нее супругом. Однажды.
Во время оглашения никто из черных рыцарей герцога Валакара не пошевелился. Остальные же позволяли себе короткие кивки, жесты и много чего ещё, что разительно отличало их от вассалов Теймена. Сколько же Айла знала его? Пожалуй, сколько себя помнила. Он заменил ей тех, кого так отчаянно не хватало маленькой девочке и пускай герцога считали мрачным и опасным, жестоким убийцей собственных братьев, сама принцесса ничего подобного о нём не думала. Они были друзьями, и именно за него Айла отдавала свой голос на турнире. И за принца, разумеется, тоже.
— Герцог Пойнтер приходится тестем вашему опекуну, Ваше Высочество, — Герда, прошептав это, лукаво улыбнулась. Иногда эта девушка становилась настолько проницательной, что осознавала некоторые вещи раньше, чем принцесса. Этакое предвосхищение событий было в свойстве ее натуры, которая привлекала к себе восхищённые взгляды. — Потому лорд Теймен едет позади лорда Пойнтера.
— Его милость женат? — Айла удивлённо приподняла бровь. Ей никогда раньше не приходил в голову этот вопрос. Однако странное чувство разочарования укололо под самое сердце, заставляя улыбку застыть на губах девушки и сделать её неестественно тусклой.
— Уже нет, Ваше Высочество. Эссен овдовел в год вашего рождения. Тогда по его герцогству прокатился мор и унес с собой жизни герцогини и их маленькой дочери. — Герда что-то прикинула, выражение ее лица было задумчивым и несколько хмурым. — Малышке было три года от роду, Ваше Высочество.
Айла взглянула на герцога, чей шлем-жаба украшал своим видом стол. Судьи осматривали его на предмет соответствия всем известным требованиям, и когда удовлетворились, кивнули. Герцог был тем, кто бросил вызов зачинщику турнира.
— Он не женился после этого?
— Нет, Ваше Высочество. — Герда хихикнула, склоняясь к уху принцессы и шепча. — Герцог вот уже четырнадцать лет принадлежит лишь Вам, Ваше Высочество.
— Герда! — Принцесса залилась краской и отвернулась, а фрейлина рассмеялась.
Однако ее взгляд вновь устремился у толпе чёрно-белый рыцарей. В поиске того самого, что четырнадцать лет принадлежал ей. Это было правдой в какой-то мере, ведь Теймен дарил ей игрушки когда она была маленькой, а когда стала взрослой, начал дарить красивые платья и диковинные украшения. Жаль лишь, что ему никогда не удавалось увидеть принцессу во всей ее красе. Возможно сегодня ему это удастся, но точно не сейчас, когда все присутствующие заняты созерцанием Его Высочества наследного принца короля Ригеля. Он был зачинщиком турнира и… зачинщиком большинства передряг, в которые Айла улетала на полном ходу, как лошади влетают в грязь.
— Чудесная вуаль, Ваше Высочество… — Герда все никак не унималась, подначивая принцессу.
Айла же прекрасно понимала намёки своей фрейлины и могла бы прекратить эти игры, но они, как девушки, находящиеся в том самом нежном возрасте когда сердце способно влюбиться лишь в образ, любили подобные развлечения.

+1

5

Но вот наконец все кто хотели прибыть - прибыли, спешные дела и подготовки были завершены, списки заверены. Рыцари на своих боевых конях построились полукругом, каждый за знаменами своих герцогов. За рыцарями построились оруженосцы а за ними столпилась пестрая ватага пажей и слуг, одетых в честь оказии, в цвета своих господ.
                    Три сотни конников заняли почти всю площадь, свободной осталось едва ли четверть пространства. Само турнирное поле, возведенные места для дам, судей и гостей и шатры конечно же были за городом - там разбилась уже настоящая ярмарка. Но по традиции начинался здесь, на Площади цветов, рядом с Садами Матери где происходили все танцы, пиры и прочие мероприятия требовавшие крыши и зала.
                 Балконы и галереи примыкающих зданий были отведены под благородных гостей и уже были переполнены. Но это не мешало жителям и  гостям города, которым почти не осталось места на самой площади, занять крыши окна и облепить стены следующего яруса, вдоль которых были возведены временные трибуны.
                  Запели трубы, призывая к вниманию.
    “Слушайте! Слушайте! Слушайте!”
                Зычные молодые голоса четверки глашатаев звучащие в унисон казалось могли бы заглушить толпу.  “Король гербов”, главный герольд королевства сэр Де Хассен, вместе с четырьмя судьями вышел вперед. Голос старика, по традиции державшего на руке ястреба в лазури и золоте - символ королевства - не ослаб с годами. Он умел говорить так что шумное людское море затихло, и казалось что его слышит каждый.

    -Их Пресветлые и Просвещенные Величества Король и Королева! Очень высокие и могущественные принцы, герцоги, графы, бароны, лорды, рыцари и оруженосцы! Перед ликом Двоих мы сегодня собрались засвидетельствовать разрешение вызова брошенного этой зимой Его Высочеством, Принцем Ригеля, де Монфор,  Его Светлости Герцогу де Эссен. Прошу Зачинщика и Ответчика выехать перед нами, засвидетельствовать перед богами и людьми вашу решимость бится, а так же что бы мы могли засвидетельствовать что вызов брошен со всей любовью и дружбой, а не из-за какой-либо злой воли, дабы провести турнир и бой перед дамами и девушками!

                С звонким крещендо подков по белому камню площади и шестерка конных отделилась от общего строя. Два рыцаря в парадном,  знаменосец несущий флаг, и оруженосец несущий щит. Последние двое скакали на корпус позади, давая возможность публике насладится видом своих сюзеренов, наряженных и снаряженных в лучшее согласно традиции. Оба дворянина для парада выбрали “жабьи головы”, которые будучи шлемом предназначенным  исключительно для копейной сшибки, позволяли сделать их максимально художественными поверх кованой стали.
                           Де Монфор, выбрал образ Белого Рыцаря,  в светлом, покрытом эмалью доспехе, бело-золотом плаще, и с фигурой изображающей Праматерь дарующую Чашу на шлеме. Юный принц, любимец дам и дворянства Гереса восседал на великолепном белом коне,  равных которому не было.  На его щите,  был начертан девиз “Сильные духом побеждают”, и изображено восходящее солнце. Девиз привлекал к нему сердца. Ведь молодой рыцарь осмелился вызвать на бой весьма известного противника, и его щит свидетельствовал не столько о самоуверенности, сколько о дерзости и смелости.
                         Де Эссен явно знал что выберет его противник. И сумел в который раз эпатировать публику. На его шлеме был изображен Черный Дракон, извечный противник Белого Рыцаря. Под распростертые кожистые крылья и чешую были выложены грани жесткости классического для Астарота, асимметричного, доспеха, с массивным левым наплечником. Герцог  выехал на своем привычном сером в яблоки иноходце, на ладонь ниже коня принца. Девиза герцог никогда не брал, интригуя публику.  На его щите был обращенный вниз рожками полумесяц над морем, что можно было трактовать как “я свечу отраженным светом”. Это посчитали куртуазным реверансом в сторону его противника, признанием смелости принца.
             Рыцари церемонно скрестили увитые лентами копья, в знак подтверждения своих намерений.

Отредактировано Thijmen Valacar (11.10.2020 21:35:09)

+1

6

[indent] Её глазам предстал брат — любимец публики, герой, принц на белом скакуне из табуна лучших лошадей Гереса. Он был одет в эмалированный, белый доспех, все было в нем от настоящего, видавшего виды воина, героя который шел спасти если не даму своего сердца, то свой народ. Ликование подданных де Монфоров было просто объяснить: принца любили, он был хорош собой, никто не видел в нем холода или отстраненности, которую он с радостью даровал своей сестре. Он был любимым ребенком своих отца и матери, монарших представителей рода: Элоиз и Луиса, второго своего имени.
[indent] Дамы учтиво склонили головы, когда принц проехал мимо них. Оказавшись совсем рядом, брат остановил лошадь и та, словно делая реверанс, присела. После чего в галопе двинулась к месту его встречи с...
[indent] Навстречу ему выехал герцог-дракон, герцог чьи цвета были черным и серебром. Даже его лошадь была серая в яблоках. До чего же завораживающим было это представление? О, поистине. Айла в волнении нащупала тонкую золотистую вуаль и сжала её между пальцами, думая лишь о том, что ее брат и человек, заменивший всех, были рыцарями. Свои рыцарские шпоры он получил немногим раньше, но именно к нему было устремлено внимание. Хотя, не всех вокруг. Герцог Валакар был завидным холостяком, едва ли не каждая вторая вдова и просто девушка, кого сватали их высокородные родственники, мечтала, чтобы именно ее ленту герцог поднял с ристалища копьём. Принцесса никогда не задумывалась об этом, как о чем-то значимом. А сегодня что-то в ней изменилось: глядя на рыцарей, на их знамёна в руках слуг, Айла вдруг осознала кое-что чрезвычайно важное.
Герда была права.
[indent] — Ваше Высочество? — Фрейлина поспешила вмешаться в ситуацию, в которой Айла пристальным взглядом смотрела на герцога. В их мире нельзя было делать даже этого. Слишком долгий взгляд, слишком пристальный. Она принцесса, она живёт в абсолютном внимании к каждому ее появлению в обществе, а потому жесты и взгляды необходимо было выбирать более тщательно.
[indent] — Герда... — Айла несколько раз моргнула, приходя в себя и переводя наконец взгляд на свою подругу.
[indent] — Они рыцари, Ваше Высочество… — Герда снисходительно улыбнулась. Принцесса Айла казалась ей нежным цветком, который не был создан для жестокости этого мира. Но фрейлина говорила абсолютно серьёзно: — Его Высочество уже получил свои шпоры. Разве это не подтверждение его умений и талантов?
[indent] — Да, но причем таланты, Герда? — Айла решительно не понимала, зачем нужны были эти турниры. Хотя и прекрасно в тоже время осознавала всю их важность. Сияющая Лилиана с наслаждением вспоминала момент дарования своего благословения рыцарю и именно это заставило принцессу улыбнуться. Теперь уже она наблюдала за герцогом и своим братом с той самой доброй, теплой улыбкой. — Пожалуй, ты права. И на счёт Его Высочества тоже.
[indent] Гордость брала её от одной мысли о том, что это был именно её брат, а не чей-то другой. Да, они почти не общались, а если и выходило, то слишком натянуто. Однако Айла всегда с большим трепетом надеялась на то тепло, которое он мог бы подарить родной по крови девочке. Девушке. Порой ей было необходимо получить то самое тепло, родное и приятное, но… увы. И лишь рыцарь с перевёрнутым полумесяцем никогда не обделял свою подопечную вниманием. Деревянные игрушки и прекраснейшие платья, которые принцесса получала в подарок из его дальних странствий или же просто изготовленные по личному указанию герцога лучшими портными Эссена, всё это было лишь формой. Вниманием, облаченным в осязаемую форму. Иного ему не позволяли чужие глаза и уши, да, и ко всему прочему, герцог вряд ли сознавал то, что привязывает к себе леди де Монфор.
Как и она.
[indent] Для неё он как отец, ближе, чем отец. Не родной по крови, но такой родной душой и разумом. Все то, что она знает о Саргасе к сему моменту — его работа, его заслуга. Все то, чем обладает Айла — его дары.
[indent] — Кому предназначена ваша лента, леди Соммерфельд?
[indent] — Разумеется Его Высочеству, — ответила Герда и лукаво улыбнулась. — Ваш брат достойный воин, Ваше Высочество.
[indent] — Разумеется. — Ответила Айла.
[indent] — А ваша благосклонность, полагаю… — Герде не терпелось услышать собственными ушами то, что было очевидно для нее, но не для принцессы. Однако Айле не хотелось говорить об этом с фрейлиной. Ощущения от этого разговора были не самые приятные: будто бы кто-то пытался вытащить из нее нечто такое, личное, пожалуй и настолько хрупкое, что невозможно сохранить, будь оно на виду. А потому принцесса ограничилась лишь жестом, призывающим прекратить этот разговор, что, собственно, Герда и сделала.

0

7

Копья на миг задержались в салюте и были вновь подняты к летнему небу. После чего по звуку горна рыцари разъехались в стороны, там где их ждали знамена “союзников” которые должны были принять участие на стороне “зачинщика” и “защищающегося”, вернув площадь Королю Гербов. Тот взял паузу ожидая пока рыцари разъедутся и займут свое место в строю.
Черный дракон остановился у Алого льва, передавая шлем своему оруженосцу  заведя разговор с тестем. Владыка Феона, несмотря на пошедший пятый десяток, сидевший на своем дейстре прямо, словно меч проглотил, что то ответил, сохраняя надменно спокойное лицо. От старого герцога веяло холодной чепорной уверенностью и спесью.Но судя по улыбке Валакара ответ его развеселил. Его же противник Белый Рыцарь явно был в более теплой и веселой компании молодых дворян, рыцарей и старших сыновей графов и баронов Герена, по другую сторону площади. Судя по всему турнир начинался пускай и с некоторой ажиотацией  “старой гвардии против молодых смельчаков”, но в атмосфере должной доброжелательности. Насколько это было вообще возможно для ристалища наполненного горделивым и воинственным дворянством.
Тем временем снова зазвучали трубы и звонкие голоса герольдов.
“Слушайте! Слушайте! Слушайте!”
            Король Гербов дважды поклонился в сторону разъехавшихся рыцарей.
Очень высокие и могущественные принцы, герцоги, графы, бароны, лорды, рыцари и оруженосцы! От лица господ моих лордов-судей я объявляю что все вы должны направить свой шлем, и герб с которым намерены выступить на сем герце доблести, а также свой штандарт не позже часа после полудня, судьям. Дабы они могли в два часа пополудни продемонстрировать их в галерее Городского Совета благородным дамам и те могли высказать свое мнение о лордам-судьям.
                  Этой команды ждали, и оруженосцы с пажами, стараясь выглядеть как можно более подобающе и помня что на них сейчас все смотрят направились со шлемами, штандартами и щитами с девизами к высоким, в два человеческих роста дверям. По обеим сторонам от арки висели флаги лордов-судей. Это и был вход в здание Городского Совета, обладающее достаточным количеством галерей и залов чтобы все участники почетного собрания могли в них разместится и вести, и именно ввиду этих залов турниры собирали на этой площади - хотя проводили за стенами Белого Города где хватало места и для шатров и для ристалищ.
Створки ворот тут же были широко распахнуты и процессия под подбадривания толпы скрылась в  них. Согласно традиции, через час, когда их расставят на галерее, дамы и девушки, в сопровождении лордов, рыцарей и сквайров могли появится на галерее дабы обсудить вид шлемов, и затейливые гербы с девизами на щитах которые должны были символизировать ту или иную аллегорию или намерение.  В зале присутствовали также герольды, дабы пояснить ту или иную хитрую финтифлюшку на щите, шлеме или принадлежность знамени владельца. Но присутствовали и судьи, поскольку любая дама могла коснуться шлема в знак того что рыцарь его носящий говорил дурно и клеветал на леди. Вопрос мог перерасти в нешуточный скандал, поскольку судьи рассматривали дело со всей строгостью, и если рыцарь действительно признавался виновным, это могло стоить ему позора провести турнир на “скамье провинившихся” в виде седла переброшенного через один из заборов. А иного менее знатного могли и поколотить. Не то чтобы скандалы случались часто, но подобные традиции были призваны еще раз подчеркнуть особое место Дамы.
Впрочем в этот же день осматривались гербы, проверялась их подлинность по спискам. Разбирались и иные причины могущие привести к изгнанию с турнира или наказанию. К примеру известные нарушения клятв, в частности в делах чести, женитьба рыцаря на простолюдинке, или несоответствие благородства происхождения присутствующему обществу. Впрочем последнее иногда можно было преодолеть личной доблестью.
В остальном само по себе мероприятие должно было стать прелюдией к вечернему балу и официально одобряемым поводом для общения дам и кавалеров. И конечно же все стремились перещеголять друг друга ради престижа или внимания. Иные нашлемные фигуры были настоящими произведениями искусства собранными и раскрашенными настолько хорошо что даже жаль было представлять что от них останется после сшибок. 
         Когда процессия скрылась в третий и последний раз на этот день прозвучали трубы.
Высокие и могущественные князья, графы, бароны, рыцари и оруженосцы, которые сегодня предоставили моим лордам судьям, а также дамам, ваши гербы и знамена, что будут разделены на две равные части, под знаменами и вымпелами очень высоких и благородных принца и графа де Монфора,   Зачинщика, и герцога де Эссен, Ответчика. Милорды, судьи желают, чтобы вы знали, что завтра, в полдень, придет лорд-зачинщик с одним вымпелом дабы явится на сию площадь, в сопровождении всех других рыцарей и оруженосцев, входящих в его группу, на своих конях, покрытых гербами, и без доспехов, но одеты как можно лучше и красиво, чтобы милорды судьи могли принять их присягу. И после того, как лорд-зачинщик явился, и будет принесена клятва, и он покинет площадь, лорд-ответчик сделает то же самое во второй час и аналогичным образом принесет свою клятву. И да ничто не помешает им явится. Также после вечерней молитвы, будет бал и танцы, и более на этой площади сегодня нечего ждать.
На следующий день, когда судьи окончательно убедятся в том что все достойные участвовать учтены и принесли клятвы, будет выбран девами “Почетный Рыцарь” и официально открыт турнир первой общей конной баталией собравшихся рыцарей, после чего наступает очередь боев оруженосцев, кои надеялись проявив себя заслужить право участвовать в пешем бугурте наравне с рыцарями, и иные “состязания доблести” в которых рыцари и оруженосцы будут демонстрировать свои умения с копьем, мечом, луком, дротиком и иным оружием. Но это еще впереди, а сегодня благородные и простолюдины чинно, но не задерживаясь покидали площадь. Дам и кавалеров из высоких сословий ждала через час галерея с гербами и бал, а простой люд с радостью устремился к открытой по такому поводу ярмарке с её покупками и увеселениями. Впрочем, ничто не мешало появится там и благородным -в такие дни это не считалось зазорным или бесчестным.

+1

8

[indent] Принцесса Айла в сопровождении свиты девушек и дворцовой стражи, почти всех из них она знала лично — привыкла узнавать лично тех, кому доверяет свою жизнь, с улыбкой шествовала в сторону галереи. Количество людей, одетых в различные одеяния, коими проявляли признаки богатства и знатного титула, в знак признания ей навстречу склоняли учтиво головы. Разные люди рассматривали её и улыбались. Ей было сложно не улыбаться, идя навстречу.
[indent] Фрейлины, в большинстве своем девушки равные по возрасту принцессе, с таким же удовольствием что и сама дебютантка, шествовали следом за её высочеством, однако, не смея лишний раз останавливаться возле той или иной лавочки. Все вокруг было таким красивым: барды, одетые в лучшие свои костюмы, воспевали оду рыцарской чести и красоте дам; шуты в пестрых шапках с бубенцами, плясавшие до упаду. Айлу восхищало буквально всё в этом празднике, даже снующая под ногами детвора. Когда-то и она была такой, разве что ей не позволяли покидать тут часть дворца, в которой она находилась до недавней поры. Казалось, будто принцесса упустила столько важного, интересного, что сейчас она глазами пыталась впитать эти эмоции и чувства, которые выплескивали другие люди.
[indent] Процессия остановилась возле небольшой лавочки, завещанной разномастными цветными кристаллами. Они вряд-ли несли в себе что-то враждебное - Айла была уверена, что каждый предлагаемый торговцами товар, прошел несколько проверок чародеями. К тому же не исключено, что они молчаливо и скрытно наблюдали за обстановкой на площади даже сейчас. Так вот Айла, привлеченная блестящими камушками на верёвочках и лентах, сделанные в виде кулонов и браслетов, устремилась к прилавку. За ним стояла женщина лет сорока, или чуть больше, понять было сложно, и завидев принцессу со свитой сразу же поклонилась и запричитала:
[indent] — Ваше Высочество, Ваше Высочество…
[indent] Айла жестом остановила ее.
[indent] — Какие красивые камни, — принцесса провела пальчиками по висящим на джутовой верёвочке минералам.
[indent] Женщина просияла, после чего сразу же сняла с крючка ту самую верёвочку и разложила камни перед принцессой на прилавке.
[indent] — Каждый камень обладает своим характером, как и каждый живущий на Саргасе, Ваше Высочество. Вы можете подобрать камень для любимого, или для человека, который вам дорог. Это всего-навсего безделица, но лишь подарок сделанный от чистого сердца обладает самой сильной магией… и только в нашей власти вложить в него надлежащий смысл и силу.
[indent] Принцесса слушала торговку с интересом, вскоре и фрейлины окружили лавочку, выбирая камни и украшения с минералами для своих избранников и родственников. Айла выбрала два кулона — абсолютно черный, обсидиановый зуб для своего брата, короля. Впрочем, допуская, что он этот подарок от неё всё равно не примет. А второй… Было особенно тяжело выбрать.  Кажется, лишь Герда понимает, почему Айла мечется между надобностью и целесообразностью этого дара. Для герцога Теймена Валакара это было бы незначительной мелочью, ведь герцоги всегда были богаты и влиятельны. Какие-то украшения, купленные на ярмарке у самой простой торговки не могли сравниться с мастерскими работами ювелиров Саргаса.
[indent] — Матушка, — взор принцессы был прикован к чему-то абсолютно иному, нежели она смотрела. Одинокий, но яркий, словно всполох, цитрин, чистый как слеза, пронзенный аккуратной серебряной нитью. Почему-то Айла решила, что именно он будет достоин быть подаренным герцогу. — Сколько стоит этот камень?
[indent] — Цитрин, Ваше Высочество, — Женщина улыбнулась, снимая камень на серебряной нитке с крючка. — Не удивительно что вы выбрали именно его.
[indent] — Почему?
[indent] — Считается, что цитрины впитывают солнечные лучи. Полагаю, тот, кому предназначается этот подарок, заслуживает вашего тепла и доброты, какую вы дарите всем нам. — Произнесла женщина и вложила Айле в ладошку талисман. — Один злотый, Ваша Светлость, на удачу.
[indent] Айла так тепло улыбнулась, что и сама этому удивилась. Мысль о герцоге всегда заставляла её улыбаться, но, кажется, только сейчас девушка понимала, почему. Была ли это детская влюбленность или уже более крепкое чувство - она не знала, но герцог явно не чувствовал ничего подобного. В сознании принцессы это было невозможно. Однако щеки у нее залились яркой краской смущения ещё до того, как Айла успела почувствовать болезненный, но такой сладкий вместе с тем укол.
[indent] Девушки порой любят разбивать себе сердца только со скуки.
[indent] Один из сопровождавших принцессу стражей достал из кошеля злотый и положил на прилавок торговке, расплачиваясь за безделушки и лишь взглядом давая понять, что запомнил её.  [indent] Впрочем, эта женщина была частой гостьей на всех этих стихийных рыночках в честь праздников. Кочевала из Антареса в Ригель, потому что Айла могла поклясться, что уже видела её где-то.
— Ваше Высочество, — Герда окликнула принцессу, которую уже за руку вели к местному "предсказателю будущего", а Айла с верой наивного дитя следовала за сладко рассказывающим о всех прелестях предсказаний, мужчиной. — Ваше Высочество!... — Фрейлина явно не могла справиться с ситуацией.

0

9

- Ваше высочество! Какой прекрасный, благословенны Двумя день!  Я едва могу сдерживать радость того что мне выпала величайшая честь приветствовать вас сегодня на нашей скромной ярмарке!
На мужчину соловьем заливающего на пол улицы не обратить внимание было просто невозможно. Впрочем назвать его скромным - тоже. Румяный, пышущий радостью и здоровьем, едва ли на полголовы выше принцессы и с уже явственным брюшком, скрытым под дорогими одеждами с серебряными пуговками. Огромный, из темного бархата берет, с серебряной гильдейской бляшкой “хлебодаров” - символ не последнего положения среди цеховых - размашистым жестом был сброшен с головы. Небрежно подметая пыль мостовой фазаньим пером,  эта гора добродушия и непосредственного восхищения склонилась в низком поклоне. Под беретом обнаружилась копна кудрявых каштановых волос с уже явными залысинами над лбом, с блестящими серыми глазками дельца и сибарита.
    Оглянувшийся было на внезапную помеху “ведущий” неожиданно почувствовал на своем плече крепкую, мозолистую ладонь. В то же время  руку которой тот посмел коснутся принцессы,  словно сжало клещами, заставляя пальцы разжаться. Подмастерья - один так же из хлебопеков, а второй, судя по обязательному для его статуса, поясу из кузнецов зажали фигляра что те жернова. Ученик пекаря, не отпуская плеча с милой улыбкой и совершенно не улыбчивым взглядом склонился к уху зазывалы, зашептав:
- Приезжий, да? Ну, добро пожаловать, стало быть. Город у нас хороший, красивый. К добрым людям щедрый...
Последнее было сказано с явственно двойственным значением.
Тем времени Филлип Барувер, глава цеха пекарей снабжающих свежей выпечкой город, продолжал свое представление одного актера, стремясь всецело завладеть вниманием Айлы, и не дать ей заметить куда как менее интересную драму за её спиной.                         
- Позвольте быть первым кто воплотит в словах восхищение сегодняшним обликом вашего высочества! Хотя какое первым, я уверен что добрые жители Гереса проходу вам не давали, превознося вашу красоту! Ваше Высочество  подобны яркому солнцу, ослепительно прекрасному сегодня и подарившему нам всем столько тепла в иные, менее радостные дни! Тот хлеб что был оплачен вашим благоволением прошлой зимой снял бремя голода с многих семей и я  лишь могу надеяться что наша благодарность и стремление угодить не станут вам обузой в сегодняшний светлый день.
Вокруг главы цеха и принцессы естественным образом образовалось свободное пространство и фрейлины со стражником смогли догнать свою подопечную, их узнали и пропустили. Но за пределами этого круга невольно образовалась еще большая толпа, не каждый же день увидишь сестру короля!  Слова о благодарности вызвали одобрительный гул согласия, переросший местами в одобрительные выкрики, добрых пожеланий. Вместе с тем находились и те кто с явным вопросом, а некоторые и с возрастающим пониманием ,смотрели за спину Айлы, в сторону незадачливого жулика. Кое кто просто недобро прищурился, кто-то показал кулак. Бородатый мужик торговавший судя по всему упряжью с не менее доброй улыбкой, одним быстрым движением связал вожжи, которые до того показывал покупателю в аккуратный скользящий узел. Заезжий “слуга  предсказателя” сглотнул и бледнея выдавил из себя
- Понял..
- Вот и хорошо. И улыбнись, не дай Двое тебе испортить высокой леди праздник.

Подмастерья со все той же дружелюбной улыбкой хлопнул гостя Белого города по плечу, и
присоединился к кругу людей выкрикивающих добрые пожелания. Стальной захват сжимавший руку незадачливого зазывалы тоже разжался, оставив на память характерный отпечаток из синяков под рубахой.

+1

10

[indent] Пухлый и круглолицый торговец с мягкой улыбкой и чрезвычайным энтузиазмом рассказывал слегка недоумевающей Айле о том, как она помогла им оплатить хлеб. Почти случайно, сбивая с толку своей просьбой короля Луиса, своего отца, а затем и герцога Теймена. Ему она рассказала и вовсе случайно, когда радостно делилась рассказом о распоряжении короля выделить казённых средств на уплату за хлеб. Тогда ее отец сказал, что её просьба, то просьба не маленькой девочки, а принцессы и леди Де Монфор. Брат знатно осклабился, но было непонятно, доволен он или нет. Позже Айла поняла, что это высказывание короля задело принца, да ещё и девочка после всего этого принялась лезть к нему со своим вниманием.
[indent] Разговор был Айле приятен, но в тоже время доставлял странное ощущение неловкости. Она не планировала сталкиваться с кем-то вроде этого человека, который на половину площади вещал о добрых делах Айлы де Монфор. Все, что она сделала, это спросила у одного из горожан, как идут дела, а затем попросила за них перед своим отцом. Не то, чтобы это можно было считать выдающимся поступком или неким значимым делом. Потому принцесса остановила Барувера, проникновенно заглядывая ему в глаза и держа за пухлую руку:
[indent] — Пожалуйста, — она сделала небольшую паузу. Имени она его не знала, но глава пекарей спохватился, охая от неловкости.
[indent] — Филипп, Ваше Высочество, Филипп Барувер. Прошу простить моё невежество, Ваше Высочество! — Он вновь протер мостовую своим пернатым беретом.
[indent] — Сир Филипп, я очень рада слышать, что помогла вам, но… не могли бы вы говорить чуточку тише?...
[indent] Однако было уже поздно. Толпа окружила их, осыпая принцессу различными добрыми пожеланиями и словами благодарности. Айла же совсем стушевалась, находясь в окружении рыцарей королевской гвардии, но уже не в окружении фрейлин. Те не могли пробраться сквозь толпу, и Айла лишь видела глаза Герды - испуганной сложившейся ситуацией.
[indent] В это время сквозь толпу, что окружила леди Айлу, протиснулись двое детей в лохмотьях. Девочка молчала, на вид ей было не больше трёх лет. За руку её держал брат - около семи лет, не больше. Грязная и рваная местами одежда, спутанные волосы у мальчика, у девочки - колтуны, говорили о том, что дети явно сироты. Или же их семья бедствует. Они молчали, лишь глядя на принцессу двумя парами разных глаз: карие (мальчика) были наполнены злостью, а зелёные (девочки) странной отстраненностью. Айла отвлеклась от Филиппа, и присела на корточки, абсолютно наплевав на то, что леди, а особенно принцессы ничего подобного себе не позволяют. Но она и не обычная принцесса. Сколь ещё она сможет оправдывать свои сумасбродства подобным выражением? Не знала. Но всякий раз ступая по тонкому льду желала проверить, когда он даст трещину. Пока держал.
[indent] — Привет. — Айла улыбнулась детям, переводя взгляд то на одного, то на другого.
[indent] — А ты правда принцесса? — Спросила девочка, впервые заинтересовавшаяся чем-то, кроме своего дырявого ботинка, которым ковыряла мостовую.
[indent] — Конечно. Ты не веришь?
[indent] — Неа. — Девочка грустно вздохнула.
[indent] — Если бы ты была принцессой о которой все говорят, то нам было бы чего есть и что носить. А так… — Произнес мальчик, в словах его звучали обида и голод.
[indent] Филипп, совсем уж растерянный, наблюдал за сценой с открытым ртом. Айла же нахмурились, выпрямилась, и произнесла:
[indent] — Друг мой… Могу ли я считать вас своим другом, Филипп?
[indent] Тот горячо закивал, перебирая пальцами свой берет.
[indent] — Накормите детей, прошу вас. — Айла обратилась к одному из стражников, который тут же кивнул, звякая мечом на поясе.
[indent] Этот жест принцессы восприняли как очередное (кто бы сомневался) доброе дело, но настроение принцессы было безнадежно испорчено. Её нежное сердце заходилось в страдальческих стенаниях относительно бедственного положения деток, отправленных вместе с одним из стражей к трактиру с заданием накормить. Кем были их родители? Почему оставили? Таких маленьких… на глазах Айлы навернулись слезы. Сначала она хотела попросить Филиппа, чтобы тот взял мальчика к себе в ученики: так он был бы при деле да и к тому, у тепле. Вместе с сестрой. Однако поспешила покинуть людное место и спрятаться где-нибудь, чтобы люди не видели её слёз. Впрочем, было ли это возможно, когда на тебя смотрят столько глаз?
[indent] Увы, у нее не было столько влияния, сколько имел любой другой граф или герцог, не было и столько же денег. А будь, Айла бы помогла таким детям, как эти. Чтобы они не были грязными и голодными, никому не нужными. Словно бы выброшенными на берег, как выбрасывает рыбу бурный океан. На берег. Умирать. При мысли о судьбе таких детей среди жестокого мира взрослых Айла дважды моргнула. Слезы сами собой наворачивались на глаза, но пока у нее удавалось их сдерживать и прятать взгляд.

0

11

- … причем незамедлительно. Некто не смеет усомнится в праве её высочества, не так ли?
         Негромкий и властный голос заставил оглянуться, а потом и шарахнутся в сторону обывателей. Говоривший сделал несколько шагов, и не смущаясь преклонил колено в грязь мостовой, так чтобы его глаза были на одном уровне с линией взгляда детей. Шитый серебром, с оторочкой из белого волка плащ легко лег на утоптанную ногами мостовую. Следовавшие за мужчиной средних лет рыцари мягко но уверенно отодвинули в сторону не слишком сопротивляющуюся толпу, узнавшую черно-белую диагональ на щитах. Рассказы как о щедрости так и о безжалостности обладателя этого герба ходила в народе. Черный Герцог...  в турнире этого года он противостоял самому Принцу.
- Ваша светлость… - Барувер попробовал открыть рот, стремясь сгладить назревающие проблемы но напоролся на не принимающий иных трактований жест перчатки в тонкой телячьей коже. Глава цеха хлебопеков замолчал, что за ним не водилось. Но Филипп помнил кто является опекуном принцессы и чье золото, а точнее купленное за него зерно из Феона, которое привезли в столицу разбивая колдовской лед таранами “черные” галеры той зимой, решило исход дела. Это стоило баснословных денег - но герцог Эссена имел привычку баловать свою подопечную … и не щадить тех кто имел глупость стать ему поперек дороги.             
Принцесса Ригеля стремилась тратить на свой народ куда как больше чем на украшения, о чем знали все, благословляя её нрав. Ровно как то что она смягчила ярость вспыльчивого и воинственного герцога. Ходили слухи  о том что возможно тот будет просить её руки перед ликом короля.
И вот сейчас этот полукровка стоял посреди площади. Без рыцарской бони,опоясанный простым мечом со скупыми, стальными регалиями.
Серые глаза не сводили взгляда с карих зрачков ребенка, пока тот, поддаваясь испугу не стрельнул ими в своего покровителя. В ту же секунду туда устремился взгляд и самого герцога сделавшего легкий жест пальцами и поднимаясь с колена.

+1

12

[indent] Попытка принцессы сбежать из заключившей её в кольцо толпы, как пытается вырваться птица из клетки, успехом не увенчались. Айла лишь смогла сделать несколько шагов в сторону и отвернуться на секунду, дабы сморгнуть проступившие на глаза слёзы. Не хватало ещё, чтобы честной народ подумал, будто принцесса ещё ребенок и готова заливаться слезами по любой причине.
[indent] Этот голос… Принцесса могла поклясться, что узнала бы его из тысячи галдящих горожан, даже если бы ей стёрли память - она была уверена, что узнала бы его одного из огромной толпы. Валакар, и его появление, как обычно породили противоречивую реакцию народа. Многие знали его и боялись, говоря откровенно, не без оснований. Айла никогда не сталкивалась с гневом герцога, предпочитая, кажется, улыбаться с ним и дарить ему свой смех. На что обычно мрачный рыцарь отвечал взаимностью. И, конечно, здесь он был вовсе не из-за принцессы. Так просто совпало. Но сердце у Айлы болезненно сжалось, едва голос герцога тронул её острый слух. Казалось, она затаила дыхание и мгновение с небольшим так и не решалась повернуться к своему же народу.
[indent] И вместе с тем стоять вот так было глупо и трусливо, потому Айла заставила себя спрятать свои переживания. Насколько это было возможно. Она обернулась. Слегка дрожащие губы тронула мягкая улыбка, она сделала несколько уверенных шагов навстречу герцогу и проговорила:
[indent] — Ваша Светлость, — слов было не подобрать, все они были лишними. Фрейлины, хихикая, перешептывались о деликатно сложившейся ситуации и принцесса понимала это. Пусть многие и считали её ребенком, дебютанткой в обществе. А некоторые осуждали за то, что та позволяла себе столь близкие по мнению многих дворян отношения с герцогом. Он был её опекуном и одним из немногих, кто также был связующей ниточкой между нею и внешним миром.
[indent] Ласковые ладони принцессы легли на плечи мальчика, держащего за руку сестру. Дети стояли потупив взгляд, - не ожидали, скорее всего, вмешательства герцога Эссена - но после все же взглянули в серые глаза Теймена. Обычно в этих глазах люди видели лишь лёд и отголоски великой крови, которая текла в его жилах. Но с принцессой он был совсем иной и она, зная другую сторону личности Валакара Теймена, самовольно прощала себе любые поступки которые так или иначе связывали их с наставником в общении. Будь то спор или поездка верхом.
[indent] — Ступайте, — произнесла она, обращаясь к детям и своим верным стражам, облаченным в стальной доспех и покрытые синим плащом. — Сир Роули, — Айла обратилась лично к тому из стражей, кому вверила заботу о сиротах мгновение назад. — Купите им то, что они захотят. И хлеба. Я не хочу, чтобы в Гересе люди голодали, а в метре от них отмечали добрый праздник средины лета.
[indent] Айла была категорична. Тон у нее стал совсем другим, в голосе слышался металл, но принцесса старалась не подавать виду как она рассержена. В большей степени из-за того, что не понимала, какие ещё меры она может предпринять для того, чтобы дети на улицах не ходили в обносках и не просили серебрянник на хлеб, чтобы дожить до завтрашнего дня.
[indent] Когда герцог выпрямился, Айла едва заметно склонила перед ним голову. Ведь она леди в первую очередь. А затем заговорила с ним:
[indent] — У меня ничего не получается… — Разочарованно произнесла девушка. — Как мне помочь этим детям, ваша светлость? Вероятно, они не одни в Гересе…
[indent] А потом резко меняет тему, понимая, что герцогу вряд-ли хочется обсуждать вопросы внутренней политики и видеть слезы на глазах принцессы в столь чудесный день. Сегодня у жителей Саргаса был праздник.
[indent] — Доброго вам дня, великий герцог, — Принцесса выдает одну из своих самых очаровательных улыбок и делает легкий книксен, — и мои пожелания удачи в предстоящем турнире. Его Высочество хоть и молод, но весьма умел. — Осталось лишь добавить “Как мне говорили...” об умениях принца, чтобы эта фраза звучала еще более фальшиво и глупо. Но она была частью королевской семьи, а потому была обязана уважать и восхвалять своего брата - будущий король Ригеля был в действительности достойным противником, жаль лишь, что слишком горячным. Впрочем, так горело пламя юношества и винить его было трудно. 

0

13

Тейн обернулся на голос, и было видно как взгляд потеплел, смягчая морщины в уголках глаз, дробя лед холодной ярости, с которой вельможа мановением руки обрек неизвестного ему юношу на гонку по улочкам и вопросы которые умело зададут герцоговы “псы”. Неуловимый миг, о котором будут шушукаться по тавернам, и дворам, споря - а было ли?
Но мало ли что говорят о правителе Города Грез.
Роули, встретившись глазами с Валакаром и получив легкий кивок, аккуратно придержал-приобнял детей, бася за планы о их дальнейшем пропитании. Дураков и неумех в свите принцессы отродясь не водилось и вскоре рыцарь завладел вниманием детишек, суля “похлебку плотогонов в вооонтой корчме”. Что характерно указанная там водилась, и толпа, уверенная в словах слуги Её Высочества благосклонно смотрела на мероприятие. Заведению явно светил выторг сегодня и всю неделю.
Герцог выпрямился, обыденно стряхивая дорожную грязь с колена и перчаток. Он был “герцогом в своей силе” клинком доказав право править,  и был склонен бравировать своим новаторством.  Браувер тем временем в который раз смел пыль с мостовой пером.
- Всенепременно моя госпожа! Гильдия пекарей будет раздавать хлеб в даты празднества, если на то ваша воля.- Маленькие глаза полные восхищения устремились к принцессе. Это была большая ставка. Если благородная госпожа не оплатит приказ - а воля феодала далеко не всегда подразумевала оплату трудов, то глава гильдии был бы в накладе.  Но пострадала бы и репутация принцессы о чем пройдоха знал. Валакар смерил того длинным взглядом, обещавшим многое при случаи. После чего кивнул одному из своих рыцарей.
- Граф, решите это дело. Праздник должен быть полным, не так ли?
Спорить с герцогом никто не стал, а седовласый воин, улыбнувшись словно акула, вышедший вперед был явно достойным соперником главе цеха. Герцог был щедр. Но не любил напрасных трат. И еще более не терпел когда отнимали его время, и многие его дворяни слыли теми еще торговцами, и банкирами.
Но наверное всего золота мира не хватило бы чтобы смахнуть с её ресниц влагу. Даже подать платок. Это было бы недостойно. А если и  было что-то, что  Черный Герцог и считал в чести, это была его подопечная, и её репутация.
- Не одни. Но это требует большего чем деньги на милостыню. Нужно поднимать общий  уровень  достатка… но это уже тема следующей лекции, и я думаю есть более насущные дела.
Он смотрел на внезапную перемену гадая к чему бы она.  Принцесса последние два года не переставала быть источником не только восхищения но и удивления. Мало какая армия доставляла столько хлопот, но это были золотые хлопоты. Он знал,  что когда нибудь, по колено в замерзшей смеси из грязи, крови и льда, он будет вспоминать эти дни.  И находить в них силы. А пока  -  будет играть в её игру.
Валакар склоняется делая пас плащом, словно они встретились при дворе. Но  это честный жест, он благоволит своей подопечной, такой непохожей на все дворянство Гереса.
- Доброго дня вам, Принцесса.  Я слышал Ваш брат не имел себе равных в копье.  И я не мог удержатся не принять это испытание, в доброй воле и почитая устои нашего королевства. Хотя я надеюсь победить.

+1

14

[indent] Сияющая улыбка тронула губы девушки, едва она увидела, как сир Роули, обнимая детишек, уводит их прочь из толпы, чтобы выполнить поручение принцессы. И конечно, от внимательного взгляда девушки не укрывается, что рыцарь получает личное одобрение герцога. Впрочем, она обижалась на такие вещи очень редко: когда Теймен ругал принцессу за своеволие и побеги из дворца, которые могли подвергать её жизнь опасности. Но сама леди Де Монфор не думала, что с ней может что-либо случится на улицах города и среди людей, которые восхваляли её добрые поступки. По правде говоря Айла считала, что ей куда опаснее жить при дворе, в королевском дворце, который был её, казалось бы, домом.
[indent] Герцог был удивительным, в понимании Айлы, человеком. Он был таким холодным, словно воплощение самого бесчувственного металла, словно даже в его жилах тек этот расплавленный металл. Остывший, ледяной и этим обжигающий. Поэтому те, кому было чего опасаться, шарахались от Валакара, как от огня. И он ничуть не стремился исправить свою репутацию, наоборот, лишь подбрасывая поленьев в этот костёр. А принцесса видела в глазах герцога одиночество, но осознавать, что могучий воин, рыцарь находит в их занятиях спасение для своей души, начала лишь недавно. Она не могла поставить точку, с которой всё началось… Любой из тех, кто сплетничал о возможном союзе Гереса и Эссена был прав и неправ одновременно: герцог и принцесса действительно позволяли себе чуть более, чем могли, согласно их положению и статусу. Инициатором этих "позволений" как правило, была именно юная леди, что не удивительно. Её, также как и Теймена, считали странной и если не говорили такого в открытую, то шептались за спиной. Она это знала. Никто не понимал, почему Луис так бережет свою дочь - словно куклу из фарфора, прячет её в отдельном крыле королевского дворца и допускает до девочки лишь самых близких своих друзей. Так в кругу общения юной леди появился Валакар - почти вдвое её старше, Кровавый Меч Ригеля; Повелитель Злотых; Правитель Города Грёз; Хранитель Врат Рассвета. У него было множество прозвищ, но Айла всегда звала его по имени, если знала, что находится среди друзей и тех, кому может всецело доверять. Когда она была весела и радовалась всему вокруг, то звала герцога его именем и ничто, даже многочисленные наставления от наставников по этикету, не могли остановить леди Айлу. Когда же она злилась или обижалась, нежное "Теймен" заменялось холодным "великий герцог", хотя она и не знала наверняка, ранит ли это изменение её дорогого друга. Он всегда был дорог ей. С первого дня, как Айла увидела его в своих покоях и узнала, что именно так выглядит человек, который одаривает маленькую принцессу вниманием и заботой отца. В отличие от короля Луиса, предпочитающего некоторое отстранение, Валакар слушал её рассказы о стремлении посмотреть Саргас, отправиться в путешествие и узнать людей. Принцесса с детства мечтала о море и кораблях, о том, чтобы посмотреть своё королевство и узнать, как живут её люди. Но пока что даже то, что она посетила рыцарский турнир, казалось удивительным даром судьбы.
[indent] Жизнь в некотором отдалении от двора сделало девушку менее зацикленной на дорогих платьях и нарядах, чем она и кружила голову некоторым дворянам, обвиняющим Айлу в некоторой простоте, которая не соответствовала ее принадлежности к королевской семье Де Монфор. Но Айла никого и никогда не слушала. Даже человек, который вкладывал большинство знаний в голову принцессы, не был для нее указом. Она позволяла себе покидать дворец и пребывала в абсолютной уверенности, что как бы не журил ее Теймен - наказания не последует. Он любил свою подопечную. Правда, маловероятно, что любил столь же трепетно, как она.
[indent] Совсем еще юная, неопытная… Герда Соммерфельд наверняка не просто так из раза в раз заводила разговор о любовных похождениях герцога, чем вызывала у Айлы доселе необъяснимый приступ агрессии. В этих беседах Айла говорила лишь, что злые языки могут говорить всякое и, в том числе, о ней. Но упорно игнорировала тот факт, что её больно ранит слышать нечто подобное. О нём…
[indent] — Если бы я только могла рассказать вам, великий герцог, как больно мне видеть этих детей… — Принцесса, осмелев в присутствии Теймена, делает к нему несколько шагов, чтобы затем аккуратным и плавным движением обвить рукой его локоть и взяться с рыцарем по руку. Люди не должны были принять этот жест за что-то выходящее за рамки, впрочем, не то, чтобы принцесса сейчас размышляла о последствиях её действий.
[indent] Если бы они были сейчас там, где никто не будет шептаться о непристойности таких отношений, Айла бросилась бы к нему и обняла. Пожалуй, это одно из немногих доступных ей действий, способных оставаться вне всяческого подозрения и в тоже время, дарившее ей возможность прикосновения. Ведь он был её наставником, кроме того они виделись довольно редко, за исключением писем, которые, конечно же, не могли заменить радость личной встречи.
[indent] — Как долго вы планируете оставаться в Гересе, ваша светлость? — Её голос был спокойным и лишь слегка дрожал, выдавая некоторый трепет и волнение. Турнир не вызывал у Айлы таких бурных чувств, как, например, предстоящие танцы. Только лишь фрейлины Её Высочества, да сам герцог знали, как принцесса любит кружиться, самой себе создавая музыку. Танцы - то, что способно повлиять на настроение даже самого угрюмого человека на Саргасе. — Я с нетерпением буду ждать нашего урока. Что же касается Его Светлости, то вы, вероятно, правы. К сожалению, мне не довелось увидеть его умения лично, но мне говорили многие люди, кому довелось лицезреть.
[indent] Айла хотела сказать, что будет молить Двоих, чтобы боги благословили герцога. Но не могла. Слова застряли у нее в горле и это выглядело так, словно Айла подавилась воздухом. Она мгновение молчала, а затем произнесла тихо, так, чтобы слышать её мог только идущий рядом Теймен:
[indent] — Так много взглядов, — Айла осознавала, что в толпе горожан вполне есть те, кто каждое слово господ донесет до ушей короля и королевы. А юная принцесса совсем не хотела навредить своему наставнику и ужасно нервничала, что кто-то может неверно истолковать её слова. — я страшно волнуюсь... 

0

15

- Не могу их в этом винить Ваше Высочество. Разве не свойственно пламени привлекать к себе уставшие и замерзшие души? Что уж говорить о Солнце.
Улыбка была искренней, взгляд привычно, для Айлы, и совершенно чуждо для всех остальных - теплым. Казалось Валакар вовсе не беспокоился о таких мелочах, как доносчики или досужие слухи. Герцог не мог сдержать улыбки откровенно любуясь подопечной.  Айла была прекрасна как утреннее солнце, в расцвете своей юности. И уже привычно преподнесла сюрприз. В это самое время большинству приличных девушек  благородных кровей, полагалось дефилировать по галерее где были выставлены гербы и знамена, стремясь показать себя и ведя беседы с достойными рыцарями и дамами. Предполагалось что одна из наиболее именитых дебютанток этого лета поступит так же. Но сам Валакар был уверен что найдет её в городе, вдали от от холодного и бесчувственного камня дворца, блеска драгоценностей и фальшивых улыбок. К которым Айлу, казалось никогда не тянуло.
Хотя в такие дни даже там улыбки временами становились искренними. Конец лета, когда большая часть урожая была собрана а холода еще далеко был радостным и для всех. Люди славили Двоих за урожай и мгновение праздности после уборки хлеба, и готовились к трудам осени и холоду зимы. 
- Хотя надо сказать что я вероятно должен сделать вам выговор, юная леди. Глава герольдов ждет вас, как одну из дам которым должно представить публике Почетного Рыцаря.  И стоит проявить некоторое милосердие к собственным фрейлинам, чьи желания и стремления вероятно находятся в залах Городского Совета, а не на не менее веселых улицах города.
Выражение лица Валакара и тон его голоса указывал на совершеннейшее несоответствие слов, настроению и намерениям. Герцог и сам воспользовался поводом улизнуть. Хотя толика истины была - принцессу ждали. Отсутствие  могло быть неверно истолковано дворянством и её собственной семьей. И что уж говорить о брате, для которого турнир был несомненно важен. Но мероприятие двигалось привычным для двора черепашьим шагом. Времени хватало чтобы не теряя достоинство совершить небольшую прогулку. В конце концов в здание Совета была не одна дорога, и кто бы посмел указывать герцогу какая из них предпочтительнее сегодня. Ну разве что кроме одной непоседы.
  - Но раз уж так сложились обстоятельства, то возможно Ваше Высочество возможно имеет какие либо пожелания к сегодняшней спонтанной прогулке?

+1

16

[indent] — Разумеется. Каждый жаждет обрести покой и дом рядом с теплом очага, и мы с вами можем по праву считать себя счастливыми людьми. — Айла улыбнулась. Ей нравилось "играть словами", но каждый раз казалось, что её лёгкий флирт раскусит и истолкует кто-то из недоброжелателей. Страх… оттолкнуть Теймена здесь стоял на последнем месте.
[indent] Как бы герцог не отчитывал её, Айла лишь крепче ударилась в буйство молодости. Кровь в её венах бурлила, показывая во всей красе то, что должно быть сокрыто: смелость, порывистость, неудержимость нрава, то, что так не подобает иметь в чертах характера особе королевской крови. Жизнерадостность и жизнелюбие, желание узнать свой народ ближе толкнули девушку на площадь и не более того. Приём и турнир она не считала скучными, понимая, что её появления там ждут, чтобы засвидетельствовать своё почтение и возможно даже проявить свою симпатию. Впрочем, столкнуться с герцогом было большой удачей: Айла все ещё сжимала в ладони красивый, полупрозрачный камень, предназначенный герцогу. Конечно же он вряд-ли примет его сразу же из рук девушки - безопасность (о которой Айла-таки вновь не подумала, и стала мишенью для врага), впрочем, всех здешних торговцев наверняка проверяют, как и их товар, прежде чем те могли выставить причуды в лавке на обозрение зевак.
[indent] — Не будьте так строги, — принцесса лёгким движением провела по руке герцога своей ладонью, поглаживая и заглядывая в глаза с всё той же улыбкой, что и несколько мгновений назад. — Ведь я не могла оставить людей, которые любят… нас, — Айла едва сдержала смешок, предполагая, что герцог всё понял. — кроме того, прошу простить меня за сию вольность, но вашей милости пренепременно принесет удачу этот маленький кулон…
[indent] Айла раскрывает ладонь свободной руки. В ней тот самый камень, купленный у торговки. Совершенно обычный, никаких магических приблуд. Безделушка, да и только. Вероятно, камень даже не имеет ничего общего с драгоценностями, но сам по себе он был, словно впитывающие в себя всё солнышко.
[indent] Возможно ли было найти что-то ещё более похожее на само солнце чем этот неожиданный и даже не драгоценный камень? Казалось, что нет. Айла впервые была так довольна тем, что обнаружила во время своей спонтанной прогулки. Какое-то желание развеяться перед довольно скучным мероприятием обернулось неожиданной встречей с герцогом Эссен. Таких встреч было не слишком много.
[indent] Он был вынужден отбывать в Город Грёз, чтобы заниматься управлением и поддерживать статус своего домена на уровне второго по красоте и первого по богатству города королевства. Айла понимала, каких трудов ему это стоило и каждый раз ее сердце сжималось в крепких объятиях тоски, когда принцесса узнавала, что герцогу пора в путь.
[indent] Надо ли говорить, как ценила она дни, во время которых Валакар посещал столицу? Эти редкие минуты, когда они могли провести время наедине во время "урока" и побеседовать, становились бесценными, как само время. И, как и полагается времени, утекало песком сквозь пальцы.
[indent] Они продолжили шествовать по улице, привлекая к себе любопытные взгляды и множество разговоров. Очевидно, теперь эта встреча на мостовой Гереса станет причиной досужих сплетен на несколько дней турнира, а если повезёт, то и несколько недель.
[indent] — Надеюсь проделанный вами путь из Эссена в Герес был лёгким и приятным. — Произнесла принцесса, показывая герцогу все то, чему обучилась в занятиях этикетом. — Могу ли я узнать, надолго ли вы планируете остаться в столице?
[indent] Валакар. Его брови сводятся к переносице и взглядом он показывает, что его выговор относительно блуждания по городским улочкам в день собственного дебюта это вовсе не то, о чем он хотел бы узнать, прибыв из Эссена. Но ей он прощал если не всё, то слишком многое и порой объяснение этому Айла найти не могла. Пыталась, задавалась вопросами и боясь что-либо предполагать, отгоняла от себя лёгкий флер своих собственных чувств к Хранителю Врат Рассвета. Он был другим для нее с самого первого дня, а с недавних пор, будто бы недолгая разлука сделала с ними нечто странное, стал ещё более особенным.
[indent] Интересны фрейлин Айла старалась соблюдать, как и любого другого человека, который был с ней связан. Свой титул принцессы Ригеля она несла с честью, но порой сомневалась, что может быть в праве связывать стольких людей одной своей персоной. Вероятно, отсюда и жажда исследовать Герес без должной охраны… Здесь ее, разумеется, знали все. Вряд-ли был кто-то, кто мог причинить девушке зло, но Валакар требовал быть осторожной. Вероятно, не веря в послушание со стороны своей воспитанницы, он всё-таки оказался здесь в окружении своей свиты.
[indent] Примирительно кивнув, Айла последовала за герцогом в сторону просторной залы, в которой были выставлены знамёна участвующих в турнире рыцарей и сами доблестные воины, одетые сегодня, пожалуй, в торжественные одежды совсем не подходящие для поединка.
[indent] — Нельзя весь сегодняшний день провести подле Вас, великий герцог? — Чуть заметно вздохнув, поинтересовалась принцесса. Она переживала о том, что может оступиться или предстать перед королевой и королем в невыгодном свете; о том, что Раймон может увидеть в сестре нечто недостойное считаться частью семьи де Монфор.

+1

17

— Забота вашего высочества делает мне честь.
Герцог с подобающим поклоном протянул руку, а половина улицы попыталась как можно незаметнее вытянуть шеи или заработать редкую форму косоглазия. Хотя надо полагать большинство из тех кто сумел разглядеть подарок были разочарованы, или сочли подарок Айлы куда как более наивным, добрым и детским чем хотелось бы досужим сплетникам.
Камешек на удачу. Суеверие, которое продавалось на ярмарках десятками если не сотнями, под неодобрительное ворчание храма и метров волшебства. Когда желтоватый камень коснулся кожи перчатки, амулет на груди легко, как лист от прикосновения капли, дрогнул. Количество магии вложенной в этот не слишком дорогой, и не слишком долговечный талисман было исчезающе мало. Меньше чем могло разжечь пускай даже самый небольшой огонек заклятья. Но пережившие века слова простенького, народного, наговора всё же несли эхо того что некогда содержало в себе силу. Хотя истинная его ценность для Валакара, не имела ничего общего ни с золотом, ни с магией. Камень блеснул и исчез скрытый сжавшейся ладонью.
   — Боюсь теперь мне не остается ничего иного кроме как выиграть этот турнир, чтобы оправдать надежды возложенные на этот камень. Хотя признаться я больше верю в твердую руку чем в удачу, но ваше пожелание несомненно придаст ей силы.
Небольшая пауза, которую сделал герцог в словах, была достаточной для того, чтобы в конечном итоге он ласково подхватил руку принцессы своей и под заинтересованные взгляды сгорающих от любопытства ведет принцессу вверх по улочке. Вокруг них вьются горожане, дети, девушки, молодые люди, на время побросавшие свои каждодневные занятия. И все ради того, чтобы остаток дня обсуждать мимолетные взгляды Черного Герцога и улыбку принцессы Айлы, которую она, нет сомнений, подарила только этому человеку сегодняшним днем. И плевать, что день еще не закончен.
— Благодарю, ваше высочество, — лицо Теймена остается непроницаемым, поскольку теперь он с вниманием хищника осматривает окрестности чтобы быть готовым к любой случайно или специально созданной провокации в его сторону. Здесь, в Гересе, статус кво неизбежно меняется. Эссен, благодушный к своему правителю и делающий его неприкасаемым, ныне далеко. — Мой путь лежал сквозь ветра и летние дожди, но ничто не смогло сбить меня с моей истинной цели.
Валакар, не обращая внимания на шепот идущих сзади фрейлин принцессы, говорил громко и четко. Его речи нельзя было трактовать как-то иначе, чем он хотел. И тем не менее, герцог не старался подбирать слова. В общении со своей подопечной он старался быть столь же открытым, какой была с ним она. Это сближало их до опасного расстояния, но герцог, как рыцарь и мужчина имел представление о том, когда следует остановиться.
— До окончания турнира, ваше высочество. — Тейн улыбнулся. — А после планировал задержаться как минимум на один наш с вами урок. Фрейлины совсем распоясали вас, раз позволили принцессе королевства Ригель появиться на рыцарском турнире в таком простом наряде.
Тейн вполоборота бросил насмешливый взгляд на одну из идущих рядом девушек, отчего та зарделась. Кажется, ее зовут Герда. Дочь герцога Ронанского, прибывшая ко двору совсем малышкой. Она ровесница будущему королю, но именно принцесса Айла была ее основной задачей. Подготовить к выходу молодую принцессу было главной задачей фрейлин.
— Впрочем, даже в этом вы прекрасны, леди Айла.
Впереди виднелась галерея. На холме, здание из белого камня сплошь с дверями арками. Графы и бароны, герцоги и герцогини в пышных платьях обсуждали что-то свое в тот миг, когда на горизонте появилась процессия. Явление Теймена Валакара под руку с принцессой Ригеля, которая едва расцвела, было расценено, как и всегда, особенно двойственно. Ни то уже немолодой полукровка заявлял свои права на девочку, которую опекал с малых лет, ни то специально старался сковырнуть больную мозоль юного принца Раймона. Его отношение к собственной сестре было известно каждому: пренебрежение, насмешки, попытки всячески поддеть. Но вот то, что молодой наследник Ригельского престола всякий раз, как бешеный пес срывался с цепи на того, кто намеревался приложить руку к рукам его сестры, становилось все явственнее. Будто он берег ее для самого себя, если бы это не осуждалось дворянством и его королевскими родителями, многие были уверены, Раймон положил бы Айлу в свою постель, а ее имя - на полку с множеством других “трофеев” добытых подобным образом.
— Я буду счастлив, если проведете. — Ответил Теймен и едва ощутимо сжал девичьи нежные пальчики своей грубой ладонью воина. — И постараюсь сделать все возможное для того, чтобы так и случилось.

+1


Вы здесь » SARGAS » Прошлое » [14.07.1116] Got you on my Mind


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно