02/05 Новый выпуск новостей! 30/04 Обновлен дизайн!
Best post by wilhelm forz
Таулер это, Таулер то. «Я обсужу это с леди Таулер». «У леди Таулер встреча с принцем». «Леди Таулер поручено…» Вильгельма начинало подташнивать от одного упоминания новой придворной чародейки. Для него Аннабель была приветом из прошлого, которое он изо всех сил пытался забыть. А тут вот как. Старик про него вспомнил. Старик решил организовать ему «достойную отставку». Надо ли говорить, что подобное положение дел до возмутительного не устраивало Форца? Все мелкие и неважные поручения были переданы Таулер, а все важные и срочные Вильгельм, как и полагается человеку дальновидному, уже разрешил. Король почти отмахнулся от него, когда Вильгельм заговорил о небольшой поездке, и эта отмашка почти вывела его из себя, едва не продемонстрировав всю силу своей ненависти к монаршему идиоту. читать далее...
администрация:
AylaThijmenRekhema

SARGAS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SARGAS » Архив эпизодов » [09.07.1106] Might and Magic


[09.07.1106] Might and Magic

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Might and Magic
https://forumupload.ru/uploads/001a/ae/83/2/20818.png
09.07.1106, ранее утро, Аскерт, подземелья замка правосудия
Medivh || Rekhema
Опасный чародей и его приспешники разоблачены и схвачены придворным чародеем Антареса. В ожидании суда они проводят время в подземелье, но специально созванная коллегия не торопится приводить приговор в исполнение, желая получить как можно больше признательных показаний если не от Медива, то хотя бы от его учеников в убийствах как людей, так и своих сородичей. Прибывшая для этого Рахема также жаждет правосудия для дочерей и сыновей Ригеля.

0

2

От светлых одежд остались одни воспоминания, как и от желания наконец увидеть солнечный свет. Но Медив не думал падать духом, он слышал, как периодически уводили из дальних камер его учеников, дабы устроить очередной допрос, и возвращали их либо под вечер, либо глубокой ночью. У них не получалось переговариваться, так как слуги, которые приносили им еду были глухонемыми, а при попытке передать записку панически убегали. Но особого общения и не требовалось — Медив и его ученики уже давно договорились о том, что и как будут говорить своим тюремщикам. При первом допросе Медив с гнусной улыбкой на лице сознался в убийстве, за которым его поймали, и кажется его тюремщики были обескуражены — они ждали совершенно другого эффекта. Его даже отправили обратно в камеру. Пригладив свои светлые волосы, Медив закрыл глаза и стал прислушиваться к окружающим звукам. Вот кто-то спускается по ступеням, держа в руках что-то вроде подноса, кажется, наступило утро — окон в камере Медива не было, а потому о смене дня и ночи он ориентировался по слугам, что приносили скудный завтрак и ужин. Видимо, содержащие их маги не хотели, чтобы подследственные набирались сил, поэтому их кормили хлебом да водой. Что же, спасибо хотя бы за то, что на ломтях не было видно плесени, а сам хлеб уже скорее был похож на засохший сухарь, чем свежий выпеченный хлеб.
Юноша с замотанным ртом оставляет поднос у стены рядом с дверью, но Медив пока не торопится подниматься со своей лежанки. За проведенные месяцы в этом месте он практически перестал чувствовать голод, как раньше, но не смирился со своей участью. Лениво наблюдая за тем, как жирная крыса подбирается к его завтраку, Медив невольно усмехнулся и слегка пошевелил пальцами левой руки, призывая силу воздуха, но ничего не происходило... Кажется эти стены сами сдерживали магию своих заключенных. Обидно, Медив надеялся хотя бы на легкое развлечение, пока он находится здесь и ждет своего суда. Он снова закрывает глаза и начал дремать, когда услышал топот нескольких людей. Давно у него не было свидания со своими палачами. Дверь снова отпирают и на пороге Медив наблюдает двоих чародеев, в руках у одного наблюдаются кандалы. Уже зная алгоритм действий, Медив медленно поднимается с лежанки и покорно протягивает руки вперед. В тишине, нарушаемой лишь лязгаем металла на руках Медива, они идут по слабоосвещенному коридору в допросную комнату, хотя ее скорее можно назвать пыточной. После первого допроса чародея ни один раз подвергали подобным пыткам, желая получить еще больше информации. Медив с удовольствием рассказывал о других преступлениях, во всех красках описывал ради чего убивал как людей, так и других чародеев, о своих экспериментах над умершими, и говорил, что это все происходит ради науки. За что всегда получал от разъяренных чародеев... То же самое говорили другие его ученики.
Спокойно сев на стул, Медив ждет, когда его прикуют по рукам и ногам, а на лице мужчины застыла небольшая улыбка. Он знал стоящую напротив женщину лишь со слов своих учеников, которые когда-то учились с ней в академии. Рахема только заняла перспективное место подле короля Ригеля и, кажется, Медив догадывался о цели ее визита. Облизнув потрескавшиеся губы, Медив стал внимательно изучать свою новую тюремщицу.
- Приятно познакомиться, миледи, жалко только что при таких обстоятельствах... - Говорить тоже проблемно — все-таки он был достаточно слаб, удивительно, как Медив вообще дошел на своих двоих до этой комнаты и не свалился с ног. Он словно превратился в того дряхлого старика, каким должен стать на самом деле. Глубокого вздохнув этот спертый сырой воздух, пропитанный кровью и ненавистью, Медив продолжил осматривать помещение и обнаружил еще одного человека — палача, который всегда занимался пытками чародеев. Было бы неплохо избавиться от него, а потом и вовсе использовать остывающее тело в качестве очередного эксперимента. Но это лишь планы, надо в настоящий момент сосредоточиться на настоящем. - Что Вы еще хотите предъявить мне? Я лишь чародей, ищущий просвещения...

+1

3

Тонкая грань между дозволенным и похожими на безумие экспериментами  превратилась в строго охраняемую границу. Безусловно, из рамок разрешенного не каждый чародей решался выйти, может, где-то в мыслях, но на практике этого не применял. Иначе ждало в лучшем случае изгнание из общества волшебников, в худшем – пытки и смерть. Кому-то хотелось умирать от колдовства своих бывших коллег из кружка по интересам или от рук палача? Никому. По крайней мере, так думала Рехема до этих пор.
Волна паники, что охватила жителей нескольких городов,  стала больше походить на цунами, что снесет замок правосудия в Аскерте и свершит самосуд над содержащимися там чародеями. Рехема, как только-только вступившая на пост придворной чародейки Ригеля, должна была оставаться в замке, но не смогла отказать себе в удовольствии взглянуть на тех, кто стал причиной смерти ее бывших одногруппников по академии Торвер Вельд. И нет, волшебница все так же не питала особой симпатии к своим товарищам по скамье, просто эмоции взяли вверх. И практически все время, пока женщина держала дорогу к замку правосудия, она пыталась разобраться, что именно подвигло бросить всё и направиться в дорогу. Гнев, неприязнь, заочная ненависть и, с сожалением призналась себе чародейка, любопытство.
Такого рода магию, если все же верить слухам, уже давно никто не использовал, опасаясь гонений и наличие жизни в своем же теле. А тут целая компания, которая даже не отрицает своей вины, да и с удовольствием забивает сама себе гвозди в вымышленные гробы. Наглости не только не занимать, тут на половину Саргаса хватит и еще немного останется для будущих поколений. Молве Рехема не доверяла, особенно, если речь заходила о чародеях, об убийствах и об убийствах чародеев. Вообще, все эти разговоры больше походили на сборник сказок. Нет, волшебница не отрицала, что есть определенная категория чародеев, которая пытается извернуться, но использовать те самые утерянные заклинания, от которых кровь стынет в жилах не только у обычных людей. Придворная чародейка направлялась в Аскерт, чтобы проверить правдивость слухов. На счет погибших чародеев, которые учились с ней, сомнений не возникало. Они были не из той категории людей, которые инсценируют свою смерть и сбегут в дремучий лес.
- Они скоро приведут главного, - палач говорил едва различимо, будто боялся, что их подслушают.
Рехема едва заметно кивнула и осмотрела допросную. Ничего нового она не увидела, но для себя поняла, что человек, решивший сделать себе карьеру там, куда никто особо не хотел идти. Палачей не особо любили в народе, но уважали правители, если работник делал свое дело правильно и не привлекал лишних людей. Чародейка Ригеля все же считала, что эта профессия стоит почти на уровне искусства. Художники, поэты, музыканты, скульпторы, палачи... Все должны действовать легко, с вдохновением, чувствовать людей и быстро находить именно те струны, которые помогут раскрыть в человеке (а в случае с палачами - заключенном) те самые больные места.
Надо отдать должное тюремщикам, потому что их «скоро» - это действительно скоро. Напротив Рехемы посадили мужчину, точный возраст которому чародейка дать не могла. С теми, кто пользуется магией, такое не всегда срабатывает, если вбще срабатывает. Можно лишь предположить примерный возраст, если внимательно слушать воспоминания о прошлом. Хотя, сегодня они собрались не для того, что бы делиться историями и пить чай.
- Поверьте, это ненадолго, - какие бы сильные эмоции, негативные эмоции не бушевали где-то в глубине души, Рехема старалась относиться ко всему с юмором, но и о правде не забывала, - Я здесь не столько для предъявления обвинений, сколько за уточнением некоторых деталей.
И заодно для проверки некоторых своих познаний в области пыток. Конечно, говорить это тому, кто сидит в анти-магических кандалах, Рехема не стала.
- Вы можете идти, пока не нуждаемся в Ваших услугах, - обратившись к палачу, чародейка наклонила голову в вежливом жесте, который намекал, что лучше свидетелям покинуть помещение, - Я позову Вас.
Некоторое время женщина углубилась в чтение бумаг, которые составили палач и его помощники. С одной стороны, она проверяла терпение Медива (их, безусловно, не представили, но в документах было его имя), и нечто подсказывало Рехеме, что ее имя заключенный тоже знает. С другой, придворная чародейка Ригеля не особо хотела повторяться в истязаниях, которым уже подвергался волшебник. Но и физическое насилие, конечно, старое и доброе, но некоторые предпочитаю насилие психологическое. Тем более, недавно Рехема прочитала несколько трудов о пытках чародеев, которые пошли неправильной дорожкой и, несмотря на все улики, доказывающие их вину, отрицали свое содействие в человеческих жертвоприношениях. Были ли эти рукописи очередных бредом лишившегося рассудка мага или же точным руководством к применению доподлинно неизвестно. Это Рехема и решила проверить, привезя из королевского дворца все, что было необходимо.
- Чем Вы предпочитаете жертвовать в это время суток: своим телом или рассудком? Было бы крайне невежливо не уточнить сей факт.

+1

4

[indent] Надо признать, Медив был приятно удивлен, когда Рахема отослала специалиста по перемолке костей, попросив оставить их одних. Неужели эта милая женщина собиралась самостоятельно заняться этим далеко не благородным делом, окунув руки в кровь. Оригинально, весьма. Давно Медив не видел чародеев, которые не брезговали заниматься подобным делом. Сделав вдох полной грудью, Медив снова закашлялся из-за этого треклятого воздуха, будь он человеком, точно долго бы не смог протянуть в этом месте, особенно в таком возрасте.
[indent] Итак, становилась интересней все с каждой минутой. Рахема не собирается обвинять, тогда что же? Судить? В таком случае ей сейчас совершенно нечего делать в этом месте, в ближайшее время должен состояться первый суд - сначала над учениками Медива, - и только потом над им самим. Интрига не давала покоя чародею, но на его лице не дрогнула ни одна морщинка. Мужчина все всматривался в лицо своего нового палача на сегодняшний день, насколько это вообще было возможно в этом подвальном помещении, освещаемом лишь несколькими тусклыми факелами. Возможно, он обманул сам себя, когда думал, что не знал Рахему лично. Ее или кого-то похожую на нее чародейку он видел в академии. Судя по ее возрасту, они должны были пересекаться, но либо девушка тогда не прониклась мыслям более старшего чародея, либо просто не сумела попасть под его влияние.
[indent] - Одно другому не мешает... - Едва слышно произнес Медив, но не потому, что не хотел быть услышанным, а скорее от усталости. - В таком состоянии мне будет сложно отвечать на Ваши вопросы, миледи. - А вот на эту маленькую издевку при произношении слова "миледи" у него вполне хватило. Медив хотел было сказать что-то еще, но кашель снова стал сотрясать грудь мужчины, выдавая лишь хрипы. Пытаясь стабилизировать дыхание в очередной раз, Медив плохо расслышал вопрос чародейки, но догадывался о его сути. Зачем ей вообще применять пытки, когда чародей с удовольствием сознается еще хоть в сотнях убийств, хоть в геноциде деревень или эльфов... Видит Всеотец, пути этих женщин действительно неисповедимы.
[indent] Спустя какое-то время Медив все же приходит в себя, может даже за это время он успел задремать, по крайне мере так могло показаться, но мужчина лишь прикрыл глаза, абстрагируясь от этой гнетущей атмосферы, где он был в неволе и подчинении у той, кого всегда презирал.
[indent] - Как поживает Таэритрон? - Медив совершенно не торопился отвечать на вопросы Рахемы, более того, он собирался действовать как и раньше - одна информация в обмен на другую, раз уж чародейка решила играть нечисто. - Его рассудок также тверд, как и когда мы с ним распрощались? - Интересно, была ли Рахема свидетелем того эмоционального разговора между ректором и новоявленным мастером академии, который просил лишь об одном - остаться в академии и учить юных чародеев ранее забытым искусствам? Заметив, что периодически Рахема возвращается к бумагам на старом изуродованном времени столе, Медив не сумел сдержать нагловатую улыбку. Обычно он не был таким разговорчивым, но сейчас атмосфера так и располагала к общению.  - Там Вы найдете лишь то, что я говорил. И никто, даже я, не сможет Вам поручаться, что в данных бумагах написала хоть капелька правды.
[indent] Он не собирался отговаривать ее от пыток, Медиву самому было интересно, как долго он сможет протянуть без своих сил и не отдать душу всем возможным богам. Лишь запутать эту женщину, посеять сомнение в ее голове, и не более. И, разумеется, ни в коем случае уговорить присоединиться к нему или хотя бы поспособствовать побегу. Рахема не выглядела доверчивой дурочкой, скорее дурочкой с собственными непоколебимыми принципами, раз оставила уютный дворец и прибыла в это захолустье.
[indent] - Пусть будет тело. - Неожиданно выпалил Медив, видимо, когда Рамеха собиралась что-то сказать. Он снова улыбнулся ей, но эта улыбка не была гадкой или пропитанной ядом. Лишь положение губ и не более. Ему стало интересно, насколько в своей ненависти может зайти эта женщина, а рассудка у Медива давно не осталось, какой смысл пытать пустоту?

0


Вы здесь » SARGAS » Архив эпизодов » [09.07.1106] Might and Magic


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно